«Кукушек» едва не проворонили. Группа лейтенанта Голубева вырвалась вперед — и залегла, обнаружив припорошенные следы от снегоступов. Рядовой Коротков, избороздивший на лыжах весь родной Дальний Восток, обследовал отпечатки и сделал вывод, что шли двое. А также вычислил примерное место их залегания. Люди Голубева отползли назад, застыли в ожидании, а вперед пошло отделение со снайперами. Слева от этого места проходила лесная дорога, ее и держали стрелки под наблюдением, прячась за ветками.
Малые силы неприятеля они могли остановить самостоятельно, а что похуже — послать бойца на базу. Стало быть, база неподалеку…
— Логинов, Панчехин, обойти их справа, прояснить обстановку по курсу, — приказал Никита. — Да без шума, невидимками…
Двое стали отползать, пробежали, пригнувшись, по тылам залегших разведчиков, растворились в гуще молодого ельника. Снова стояла подозрительная тишина. По сигналу заскользили между деревьями силуэты в зимних маскхалатах.
Никита первым добрался до подстреленных финнов, перевернул тела и убедился, что с ними все кончено. Первому пуля попала в сердце, второму размозжила височную кость. Это были молодые еще мужчины, лет по тридцать, светловолосые, похожие на капусту в своих многослойных одеждах. У первого пуля разорвала маскхалат, ватную телогрейку, виднелся свитер домашней вязки с затейливым узором. Подтянулся Карабаш, за ним еще пара бойцов. Убитая пара прибыла на снегоступах (чтобы не связываться с громоздкими лыжами) — их закопали под елкой.
Разведчики задрали головы. В переплетениях ветвей виднелся вещмешок с провизией и запасными патронами — он зацепился лямкой за ветку.
— Вроде не обезьяны, а ведь как-то ухитряются вить себе гнезда и сидеть на ветках сутками, — озадаченно прошептал Ветренко. — Я бы так не смог, не птичка же…
— Получил бы приказ — сидел бы как миленький, — хмыкнул Никита. — И опыт бы пришел, и птичкой бы стал…
Чего не сделаешь, если Родина прикажет… Он махнул рукой, и светлые пятна, сливающиеся со снегом, устремились дальше.
Сорок метров на север, и команда «залечь» пошла по цепи. Разведчики зарылись в снег, терпеливо ждали. Горький опыт уже имелся. Лучше лишний раз проявить осторожность, чем всем дружно очнуться на том свете. Скопления ельника остались по бокам, впереди был косогор, увенчанный приземистыми соснами.
