Златка категорически не желала, чтобы чужие люди видели то, что надлежит видеть только ей — законной супруге! Причем, беспокоила девушку даже не жена мэтра Габгрона — той и своих мужей хватает, на чужих зариться вряд ли станет. Но вот мэтр Цисгрон при виде такого богатства вряд ли удержит при себе свои руки и… не руки тоже. А это чревато смертоубийством! Мужья, судя по всему, не простят бедному учителю танцев излишне фривольного поведения…
«Что делать? Что делать?!» — Златка, не в силах ждать наступления новой катастрофы, завозилась в подушках, замахала крыльями…
Ол подбежал к ней, помог выбраться из мягкого плена. Злата тут же метнулась к дверям, уселась у порога и грозно заклекотала:
— Не выпущу в таком виде!
Эльф, без которого за ограду его дома не мог проникнуть ни один посторонний, поднялся, двинулся к совени.
— Хочешь пойти встречать гостей вместе со мной? — обратился он к сипухе.
Та в ответ грозно щелкнула клювом.
«Стой, идиот! — прокричала мысленно девушка. — Прикрылся бы хоть салфеткой, что ли!»
Даг снова попытался подступиться к двери, за которой заливался трелями магический звонок. В отчаянной попытке остановить мужа Златка решилась — и клюнула его в палец ноги, удачно оказавшейся рядом. И пусть на ногах эльфа были сапоги, но клевок получился болезненным.
— Уй-й! — взвыл Даг, — ты что творишь, жена?! Не хочешь пускать в дом гостей?
— Может, она тебя выпускать из столовой не хочет? — предположил Ольгрон, хихикая: теперь-то и заносчивому эльфу досталось от любящей женушки! — Дай я попробую выйти.
Златка мысленно взвыла, проклиная про себя тупость дарованных Сиятельной Праматерью мужей.
«Клюнуть, что ли, кого-нибудь из них туда, где разрез? — задумалась она. — Покалечу ведь… жалко».
И тут ее осенило: у совы, помимо клюва и когтей, есть еще и крылья! Тоже, между прочим, оружие. Иногда. Златка спешно повернулась бочком к приближающемуся рыжику.
— Пусти меня, Лучик, — проворковал тот, подступив к ней вплотную.
«Ага, щаззз!» — злобно фыркнула птичка-Злата и резко расправила, подняла вверх крыло. Его длины как раз хватило, чтобы перья хлестким шлепком приложились к оголенному мужскому достоинству.
— А-у-о-о-ой! — взвыл бедный оборотень. — За что, Злата?!
— Не «за что», а «зачем»! — прозрел, наконец, Даг. — Не можем же мы встречать почтенных наставников нашей жены в таком виде!
Мужчины глянули на свои килты и… покраснели. Дружно! Все трое!
«Мужчины — во всех мирах мужчины, — проворчала мысленно Златка.