Книга о коррупции в России, где история разворачивается между реальностью и мраком бандитских локальных эшелонов. Страна переживает трансформацию: от заклятия коммунизма к скрытой легализации нелегального бизнеса. Криминал стремится впереться в власть, но рискует стать частью страшной смены....
Каждый из них знал только то, что ему положено. Помнишь, ты, Юрик, говорил мне, что Сергей Сергеевич предупредил, чтобы ты опасался новых людей? А новой знакомой была только твоя Наташа.
— Постой, постой, — вдруг вспомнил Анохин, — мы пошли разговаривать на террасу, и она, я заметил, двинулась в нашу сторону.
— А потом исчезла. Сразу же, — вспомнил Ельцов."
"— Я тебе не хотел говорить, расстраивать не хотел, но Женька позвонила ее родителям. Она к ним не приходила.
— Значит, она как-то подслушала ваш разговор и двинула в Москву, чтобы сообщить хозяевам.
— Женька, Юрка и я были в кабаке, там она Юрку углядела, он ей понравился, и она попросила Женьку их познакомить.
— А вы ее в кабаке видели? С кем она сидела?
— Нет, не видели, просто подошла.
— Классный подвод. Ты с ней все лето развлекался, племяш?
— Вроде того.
— Но, видимо, расколоть тебя ей не удавалось. И она ждала и дождалась.
— Сука! — зло выпалил Игорь.
— Не надо так, агент — очень важное звено в нашей работе. Ты даже представить не можешь, насколько важное. У них тяжелая и неблагодарная работа, они не щадят даже тех, к кому относятся с симпатией. Хороший агент идет к цели, переступая через чувства и привязанности. Забудьте этот разговор. Агента надо охранять. Это самое слабое звено в цепочке сыска. Тем более ничего плохого она нам не сделала.
Подумаем, как будем жить дальше. Юра, твой главный враг, который «ставил» дело, — Ястреб.
* * *Федорчук, водрузив очки на бугристый нос, читал рапорт Михеева.
— Молодцы, молодцы, и милицию привлекли аккуратно. Не зря я тебя, Борис Николаевич, материл. Ты тогда обиделся, а зря. Крепкое слово помогает в работе.
Председатель встал. Михеев немедленно вскочил.
— Сиди, сиди. Молодец. А как это полковник отставной туда попал?
— Когда эти жулики начали крутиться вокруг художника, он обратился к своему другу, с которым воевал.
— Фронтовик, — перебил Михеева Федорчук, — это хорошо. Давай дальше.
— Полковник милиции в отставке Игорь Дмитриевич Ельцов раньше был начальником МУРа…
— Фигура, мать твою.
— Он скрытно изучил мнимых покупателей и сказал, что это известные жулики.
— Хоть и мильтон, а чекист.
— Тогда Ельцов обратился к начальнику ОУР Фрунзенского РУВД полковнику Звереву, своему ученику. Офицеру достойному, афганцу.
