На живописном мысу, окружённом чайками и превращающимся во время приливов в островок, стоял дом капитана. Его сердце жаждало моря, и он создал себе уютное убежище под солнцем, отдалясь от городской суеты. После смерти капитана дом перешёл к его дальнему кузену, но всё ещё не выветрился из души новоиспечённого владельца волшебная атмосфера этих мест и легендарный дух предков....
— Время совпадает, — сказал Уэстон после короткого раздумья. — Сколько времени понадобилось ей, на ваш взгляд, чтобы добраться до бухты Гномов?
— Мой дорогой друг, здесь я ничем не могу вам помочь. Я не плаваю на кораблях, а уж рискнуть сесть в ялик… Может быть, полчаса?
— Я придерживаюсь того же мнения. Надо полагать, она не торопилась. Если она оказалась в бухте примерно без четверти одиннадцать, то время совпадает!
— Установил ли ваш врач время смерти?
— Несдон — осторожный человек, который не любит себя компрометировать.
— Я должен сообщить вам следующую вещь, — начал Пуаро. — Отплывая от берега, миссис Маршал попросила меня никому не говорить, что я ее видел.
— Странно, — удивился Уэстон. — Это весьма важное обстоятельство, вы не находите?
— Я согласен с вами.
Полковник пощипал себя за усы.
— Послушайте, Пуаро, — начал он. — Вы хорошо знаете жизнь и людей. Что вы думаете о миссис Маршал, что это была за женщина?
По губам Пуаро скользнула легкая улыбка.
— Вы еще ничего не знаете? — спросил он.
— Я знаю то, что о ней говорят женщины, — ответил Уэстон, — но отношусь к их словам с опаской. Есть ли в них правда? Действительно ли было что-то между ней и Редферном?
— Я думаю, что это сомнению не подлежит.
— Он приехал сюда ради нее?
— Очень может быть.
— А муж? Был ли он в курсе? Какие чувства питал он к своей жене?
— Дознаться до того, что думает и что чувствует капитан Маршалл, весьма трудно.
— Что не мешает ему иметь чувства, — заметил Уэстон.
— Безусловно, — кивнул головой Пуаро. — Очень может быть, что они у него есть.
Допрашивая миссис Касл, полковник Уэстон пустил в ход все свои дипломатические уловки.
Миссис Касл, директор и владелица отеля «Веселый Роджер», была рафинированной дамой сорока лет — с пышной грудью, крашенными хной волосами и вызывающе утонченным выговором.
— Я нахожу совершенно немыслимым, чтобы подобные происшествия имели место в моем отеле! Вы только подумайте, полковник, ведь самое спокойное место на земле! К нам приезжают только люди из общества… вы понимаете, что я имею в виду. У нас не такая смешанная клиентура, как в больших отелях Сент-Лу!
— Я знаю, — успокоил ее полковник. — Но что вы хотите, заведение и самого образцового порядка не застраховано от таких случаев.
