Ему было очень сильно не по себе. С его места рукав второго коридорчика был не виден вовсе, и Денисов чуть передвинулся, но в поле зрения появился только дверной косяк. Господи, что ж сейчас из того коридорчика выйдет? После падалок, гнусников и дорожников он ожидал нечто вовсе уж кошмарное, огромное, клыкастое и многоногое. Смертное проклятие, как никак, не какая-то там мрачняга! И выглядеть будет соответственно.
ширх-ширх... шлеп-шлеп
Вот идет ужасный морт!
Костя передернул плечами - теперь уже и от нетерпения, ибо идущий, судя по замедлившемуся шарканью, сильно сбавил в темпе. Отчего-то Денисову представилось, что теперь безвестный Кирилл перемещается по коридору на четвереньках. К шарканью и шлепкам добавился невероятно унылый звук - словно кто-то без остановки тянул носом мелодию из двух нот. Лицо стоявшей рядом Галины сделалось по-детски жалобным - казалось, матерой хранительнице отчаянно хочется запрыгнуть в кровать и с головой замотаться в одеяло. Бесчисленные кролики, тревожно подергивая ушами, жались к ее ногам.
- Елки, - не выдержал Костя, - нельзя ли побыстрее?!
Хранители дружно зашикали на него, и в эту секунду из коридора в дверной проем выступила тщедушная фигурка, по габаритам совершенно не тянувшая на понятие "охранник". Хилый мужичок лет пятидесяти, с всклокоченными со сна волосами и туповатым выражением лица, тискающий в пальцах сигаретную пачку. Мужичок внимания совершенно не заслуживал, но вот то, что шло рядом с ним, вернее, плыло, не касаясь пола пальцами босых ног, превзошло все денисовские ожидания.
Морт не был ни многоног, ни огромен, ростом он не превосходил мужичка, и был в такой же степени пугающ, как и хорош собой - настолько, насколько может быть хороша гибкая юная особа, состоящая из сплошного невесомого мрака, в котором удивительным образом не терялись тонкие изящные черты прекрасного лица. Особа обнимала Кирилла обеими руками, повиснув на нем, словно самая обыкновенная подгулявшая девчонка, ее длинные волосы рассыпались по его спине, закрыв охранника почти до колен, точно плащ, пальцы левой руки ласково поглаживали щетинистую щеку. Повернув голову, морт преданно заглядывал Кириллу в глаза, издавая тот самый унылый двухнотный звук, не размыкая губ. Позади, шагах в трех, медленно шла Лена все с тем же отрешенным видом.
- О! - изумленно сказал Костя, разглядывая морта не без восхищения. - Баба!
Морт плавно повернул голову, и на него уставились жуткие молочно-белые глаза, в которых почти сразу же протекла угольная чернота. Стоявшая рядом с Костей Галина панически зашипела:
Черная особа, распахнув рот, упреждающе рыкнула на Денисова, отчего тот невольно дернулся назад.