Жизнь Кости Денисова резко меняется после одного события, которое ставит его перед необходимостью защищать тех, кого он презирал. Он оказывается в безумной реальности, где злобные пожелания воплощаются в реальность, и ему приходится общаться с неприятными созданиями.
Раздел Chitat.online для книги «Злобный рыцарь (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Жизнь Кости Денисова резко меняется после одного события, которое ставит его перед необходимостью защищать тех, кого он презирал. Он оказывается в безумной реальности, где злобные пожелания воплощаются в реальность, и ему приходится общаться с неприятными созданиями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мария Александровна Барышева Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Жизнь Кости Денисова резко меняется после одного события, которое ставит его перед необходимостью защищать тех, кого он презирал. Он оказывается в безумной реальности, где злобные пожелания воплощаются в реальность, и ему приходится общаться с неприятными созданиями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Возможно, Костя мог бы признать, что в ней была некая своеобразная жуткая красота, если бы не то место, куда она его отправила.
Зайдя в спальню, он мрачно повалился на свою половину кровати, наблюдая, как Аня стягивает с себя одежду. Оставшись в одном белье, она вытянулась поверх покрывала, сдвинув брови и ощупывая большой кровоподтек на правом бедре. Костя приподнялся, рассматривая густо-синее пятно.
- Это когда он тебя толкнул? Почему ты не зашла к врачу, все равно ведь в больницу ездили!
Он снова начал злиться - на нее, на Марата, на Таню, на собственную беспомощность. Насколько все было бы проще, если б он был Кукловодом! Не было бы этого синяка, не было бы взблеска ножа в светлых глазах, не было бы слез, этой жуткой музыки, кошмарной одежды... И было бы...
А что бы было? Что бы в конце концов осталось? Кукла с угодной ему внешностью, угодным ему поведением, угодными ему словами... Костя озадаченно нахмурился, наблюдая, как глаза его флинта поблескивают из-под опущенных ресниц. Внешность - да, это было бы неплохо, но все остальное... Внезапно ему в голову пришла забавная мысль - а ведь он уже был кукловодом - еще при жизни. У него уже были куклы. Они выглядели, как ему нравилось, и обычно старались вести себя так, чтобы он был доволен. Если они капризничали, то делали это лишь в подходящие и безопасные моменты. Если у них было свое мнение, они чаще всего держали его при себе. Они были послушными и удобными. И он мог выбросить их в любую секунду.
Аня, коротко вздохнув, болезненно поморщилась и убрала руку. Костя, тотчас бросив размышления, передвинулся ближе, встревоженно спросив:
- Больно, - шепнула она, смахивая выкатившуюся из-под ресниц слезинку, и Косте почти захотелось, чтобы сейчас в квартиру заглянуло какое-нибудь неосторожное порождение. Он разодрал бы его голыми руками.
- Елки, ну чего ты туда полезла, а?! - Костя провел пальцами по ее бедру, потом положил на него ладонь, так что синяк почти скрылся под ней, и ему стало немного спокойней. Сопротивление воздуха... Когда он дотрагивался до хранителей, это было иначе, это было... Он не мог этого описать. Это было... ну это просто были хранители. Они были другими. Их можно было похлопать по плечу, стукнуть, приложить о стену или дерево. Как их назвать? Твердые? Холодные? Почему оказываясь в музыкальных фантазиях, он мог так четко сопоставлять слова с собственными ощущениями и так резко утрачивал эту способность, когда музыка заканчивалась? Вот каково ее бедро на ощупь? Наверное теплое, гладкое... такими были все женские бедра, которых он касался. Он знал, что это так. Но не помнил, что это такое.
Костя вдруг представил ее мертвой. Почему-то ее, а не себя. Видимо, потому что себя мертвым он уже видел, это было противно и в данный момент неинтересно.
