Картина получилась настолько яркой и реалистичной, что он вздрогнул и сжал пальцы. Аня, что-то бормотнув, повернулась на бок, и Костя тотчас озадаченно отдернул руку, а в следующую секунду и вовсе спрятал ее за спину, когда в спальню вкатился домовик и начал деловито осматриваться.
- Ты ничего не видел! - отрезал Костя. - И вообще нет ничего такого в том, чтобы трогать своего флинта. Я ж его не за интимные места трогаю. Да и не тянет!
- Мне плевать, что ты думаешь! Постарайся ночью не греметь!
- Ахах! - Гордей, пригладил бороду и полез на шкаф. Аня встала и быстро расстелила кровать, пока Костя раскладывал на гладильной доске свой арсенал на тот случай, если ночью кто-нибудь проберется в квартиру. Между подушками он, как обычно, сунул скалку, и через несколько секунд его флинт, переодетый в ромашковую пижаму, скользнул под одеяло и щелкнул выключателем бра. Костя повернулся, глядя, как в темноте поблескивают глаза хранимой персоны. Аня, глубоко вздохнув, чуть передвинулась, так что они оказались нос к носу, потом склонила голову, и Костя почувствовал сопротивление воздуха - флинт уткнулся лбом ему в подбородок. Он уже привык автоматически на ночь представлять Аню отсутствием препятствия, чтоб своими метаниями не мешала спать, но пока не стал этого делать. Сейчас это в чем-то было даже забавным.
- Не подмазывайся, - сказал Костя, - это все равно был дурацкий поступок. Очень дурацкий. Хоть и смелый, не ожидал... Я ведь в данном случае был совершенно не при чем. Не улыбайся, это не комплимент! Ты такая же чокнутая, как и Тимка! Тоже никак не можешь понять, что в таких случаях смелость для тебя - это непозволительная роскошь!
- Что?!! - Денисов потрясенно приподнялся.
- Просто... - Костя, хмыкнув, умостил голову обратно на подушку, поняв, что ослышался, - как еще можно было...
- Можно было посидеть за прилавком, а другие бы разобрались. Ты ж не мужик, в конце концов! - не сдержавшись, он щелкнул своего флинта по кончику носа. - Не делай так больше! Хранители и порождения - это одно, но с флинтами я ничего не могу сделать! Я ему башку насквозь проткнул, а у него всего-то глаз зачесался!
Вскоре лежавший рядом флинт задремал, а Костя еще долго смотрел на тяжелые шторы, за которыми изредка мелькал свет автомобильных фар, не в силах избавиться ни от мыслей о том, насколько хуже могло бы закончиться сегодняшнее происшествие, ни от досады из-за того, что спящий на соседней подушке человек так никогда и не узнает его имени.
Костя почти привык просыпаться в четыре-полпятого утра - стандартное время пробуждения для хранителей без особого стажа. И сейчас его разбудил не шум, не начавшее уже вырабатываться чувство опасности - скорее это был легкий дискомфорт.