Автор
Таня наблюдала за своим начальником — злобным боссом. Его слова были как драконовская молва, пронизывающая воздух и окуная всех вокруг в адский пепел. Вместе с каждым его словом помещение расширялось, словно вытекая из чашки горящего кофе. После скандальной речи Таня решила: отец не разрешит взять на работу ее давнюю подружку....
Не жаль помирать будет из-за такой оплошности?
Кажется, она все силы прилагала для того, чтобы не начать улыбаться — нельзя ж для меня улыбаться, когда всю из себя невозмутимость строишь! Но все же не удержалась и подхватила:
— И то верно! Но смотри — ка, выход есть! Сидим мы, рыдаем, а потом неожиданно для обоих вспоминаем, что ты-то умеешь: и супчик, и что угодно. Мы оба тебя дружно благодарим и пинаем к костерку. Костерчик же тоже сможешь, да? И вот, мы уже не умираем!
— О как, — растерялся я. — Невнимательно слушала! Я, когда с парашютом прыгал, обе руки повредил.
Супчика хочу. А ты не можешь!
— Вообще без рук? — задумалась она.
— Вообще.
— Тогда и отбиваться не сможешь. Я тебя есть буду, пока спасатели не найдут.
— Сырым?! — возмутился я праведно, — немыслимо!
Таня явно заинтересовалась:
— Слушай, а ты, когда с парашютом неудачно падал, не мог бы себе заодно и язык случайно откусить? Мне бы это здорово помогло!
— Мог бы.
Она вскинула ладонь вверх:
— Переживу. Только уточню — а тебя-то за что из самолета выкинули?
— А я сам прыгнул. Тебя хотел спасти. Я ж, когда прыгал, не думал, что ты столько килограммов отборного мяса испортишь!
— Это ты-то отборное? — она окинула меня оценивающим взглядом.
Я протянул ей руку через стол:
— Тогда уговор. Я до завтра не хвалю себя, а ты варишь супчик.
— Идет, — она пожала. — И я даже не представляю, что из этого заметнее скажется на твоем здоровье. Давай уже работать. А то у меня странное чувство возникло, что мы весело болтаем."
"— Нет, показалось! — заверил я.
— Конечно, показалось.
Таня встала и направилась в гостиную, где я вчера выгрузил свой ноутбук и папку с распечатанными сводками. Не сдержался и выдохнул ей в спину:
— А вот я бы тоже не отказался.
— Что?
— Съесть тебя.
— Ну еще бы! — она даже не обернулась. — Я-то точно вкуснее, чем некоторые.
Это хорошо, что подтекста она не поняла. А вот я бы точно не отказался… Даже в моем свитере выглядит настолько съедобной, что слюни текут.
