То она с Варей в комнатах или парке, то у себя, но с горничной. А чаще всего на руках у нее Коленька и, конечно же, рядом нянька Дуняша.
Выманить запиской куда-нибудь от глаз подальше тоже представлялось довольно сложным делом. Все же Гривину удалось незаметно положить неприметную бумажку прямо перед глазами Марго, когда она сидела у окна с шитьем, любуясь заходящим солнцем. Солнце садилось в темные облака и освещало их снизу необычайно ярким огнем. Отблеск этого сумасшедшего солнца золотил волосы Марго, делая их цвет совершенно фантастическим. Дмитрий будто случайно проходил мимо. Наклонившись к траве, сделал вид, что поднял нечто, оброненное Марго. Это и была записка с мольбой о свидании в «их» аллее. Он положил записку на подоконник и, слегка поклонившись, отошел несколько шагов, так, чтобы наблюдать за окном. Некоторое время огненная грива Марго оставалась неподвижной. Затем, оглянувшись украдкой, молодая женщина быстрым движением развернула листок, прочла, и лицо ее выразило одновременно раздражение, испуг, но и какое-то тайное неосознанное удовлетворение.
Именно этого чувства Маргарита и боялась в себе. Теперь она могла торжествовать – Гривин у ее ног, молит о любви и страдает при мысли о возможном отцовстве. Это ли не сладкий миг торжества и отмщения!
Марго растерзала бумажку на мельчайшие кусочки и продолжала шить, иногда поднимая голову, чтобы полюбоваться закатом. Гривин постоял еще немного в своем укрытии, однако Маргарита ни жестом, ни взглядом не дала ему понять, что желает возобновить их тайные встречи. Раздосадованный управляющий уехал в контору мастерских и не появлялся до глубокой ночи, так что Варвара стала беспокоиться и послала за мужем человека.
Марго казалось, что в Цветочном она может не опасаться, что Гривин не повторит то, что позволил себе на Казанской улице. Слишком много риска быть услышанным или увиденным, тем более что рядом с комнатой Маргариты находилась детская, где постоянно чутко спала Дуняша. Поэтому Марго не боялась неожиданного ночного вторжения Дмитрия. Однако она недооценила степень его вожделения. Иногда жажда обладания заставляет человека совершать опасные вещи.
Однажды за чаем Гривин вдруг завел разговор о странных явлениях, о человеческих состояниях, необъяснимых с точки зрения науки.
– Недавно я прочитал в одной газете сообщение о человеке, который мог управлять злой волей других людей. Нечто вроде гипноза или колдовства.
