Автор
Она открыла глаза и вздохнула, словно оставаясь в продолжении кошмарного сна. Вокруг всё казалось странным и необычным — как будто мир вокруг начал меняться под её взглядом. Она чувствовала себя злодейкой чужого мира, где любые правила исчезли, а страх таился в каждых щелках двери....
И Ясмин вдруг поняла, кто был проводником богов Бересклета, когда его отец засыпал внутри собственного тела, выпуская архаичную сокрушительную силу тотема.
— Богов тут нет, — равнодушно заметил Абаль. — Один я.
Судя по голосу, он замечательно держал себя в руках и не собирался сдавать ни пяди.
— Мы снизойдем до тебя, человек, — сказал глава Бересклета.
Ясмин с трудом поборола желание обхватить себя руками, укрывая и баюкая перепуганное подсознание. Глава Астер был таким же, как тогда, в беседке. Или, скорее, это существо уже давно не было главой Астером.
— Свыше двух десятков лет назад, тотем Спиреи обманом сверг тотем Бересклета, что есть естественный и необходимый процесс смены поколений.
— Какого разоблачения? — спросила Ясмин, но ей никто не ответил.
Абаль тихо вздохнул и мягкий шёлк его рукава задел ее небрежно убранные волосы.
— Ничего нельзя изменить, я — кровь своего отца, но я — не мой отец, — сказал он.
"— Испокон веков сыны платят за отцов, так было, и так будет впредь. Бересклет сольёт кровь с кровью предателей Спиреи и восстановит естественный ход вещей.
Сердце у Ясмин заколотилось в груди, как рыба в бредне. Она ожидала чего-то подобного, но думать и видеть, как это происходит прямо у тебя на глазах, было совершенно иначе, чем просто думать об этом. Насколько она знала, Варде был присущ расчетливый брак, но благородные тотемы учитывали веление сердца своих детей, открытое принуждение считалось дурным тоном.
Но… чтобы так?
Я ведь отдала ему метку, подумала она вдруг. Умница Абаль наверняка понял к чему идёт гораздо раньше неё самой, но он все ещё был здесь. Почему?
— Как я понимаю, выбора у меня нет? — скучающим тоном спросил Абаль.
Ясмин хотела обернуться и не могла.
