Автор
Она открыла глаза и вздохнула, словно оставаясь в продолжении кошмарного сна. Вокруг всё казалось странным и необычным — как будто мир вокруг начал меняться под её взглядом. Она чувствовала себя злодейкой чужого мира, где любые правила исчезли, а страх таился в каждых щелках двери....
— Нужно делать это ежедневно, — шепнул, потому что голос охрип и перестал слушаться.
— Да, — протяжно согласилась Ясмин. — Делай это ежедневно, пожалуйста.
Она не перевернулась и не сделала ни единой попытки перехватить его руки, даже не взглянула. И, что гораздо смешнее, стала засыпать.
«Разлюбила», — мелькнуло в голове.
И вместо радости вдруг почувствовал темноту, в которой никого не осталось.
***
Новый день она встретила в пять утра.
Ночью до неё добрались те самые разрекламированные дорожным дневником люфтоцветы, засели в ее каморке и светили своими мерзкими чашелистиками в самое лицо.
"Память Ясмин бесконтрольно восстанавливалась во снах, и сегодня она получила немного новых данных.
Например, метку нельзя отнять силой, взять в честном бою, выиграть на спор или дать подержать. Метка, завязанная на жизнь временного владельца, скромно выполняла сразу две функции — охраняла жизнь владельца и одновременно гарантировала его верность ведомству.
Она даже помнила клятву, которую Примул накладывает на владельца метки.
В случае смерти владельца метка автоматически гаснет, в случае насилия — гаснет, если метку изъяли случайно, владелец снял ее добровольно или вроде как обронил — гаснет. И вообще, метка гаснет в любом случае, едва оказывается вне тела владельца. Метка снимается автоматически в случае ее полного использования, а техническая функция у неё одна — вернуть группу в ведомство со всем заполученным скарбом.
Благодаря этому сну, Ясмин сумела обнаружить и саму метку.
Хорошо было только одно. Ее никто не убьёт. Метка умрет вместе с ней, и вместе с ней же в Чернотайе останется группа исследовательского ведомства, за которой никто не вернется. Чернотайя так не работает. Одна метка — одна группа.
Это правило.
