Злодейка поневоле обрушивается на читателя с устрашающей атмосферой зла и изощренности. Каменные замки с алмазными шпилями словно привлекают к себе непостижимым образом, как будто готовые к гнусным действиям. Алиса, бесстыдная служанка, олицетворяет грязь и заскользящую в дрожи руку, отражаясь в сияющих алмазах....
Чем ближе долгожданная свобода, тем нетерпеливее я становлюсь! – Сделал ещё шаг, рука его скользнула по волосам Алисы, а та смотрела на конюха, словно кролик на удава: о чём это он? Какой план? Тео приблизил лицо и выдохнул ей в губы: – Может быть сегодня ночью?..
Алиса скрипнула зубами: это что, приглашение жертвы в пещерку? Мечтай! Прежде чем Тео прикоснулся к её губам, подняла лицо и, смело глядя в красные глаза, спросила:
– Смерти захотел? – Тео, улыбнувшись, всё же легко поцеловал её, и Алиса завелась ещё больше.
Тео обхватил её лицо двумя ладонями и прошептал:
– Ты сама разрешила любить себя! Я помню это и готов ждать, когда ты окончательно раздавишь Светлого господина. Но мне непросто… просто ждать. Не сердись.
Алиса промолчала: она сообразила, что когда глаза его горят алым огнём – верх одерживает драконья суть, и конюх становится ревнивым, агрессивным и едва может держать себя в руках.
– Я не сержусь, – на всякий случай проговорила она.
Заметив, что красноватый отблеск тает в синей мгле его глаз, облегчённо выдохнула, а Тео отступил на шаг и, уронив руки, слегка поклонился:
– До самой смерти.
– Бесит уже, – едва слышно прошептала Алиса и добавила громче: – Ты действительно поможешь уничтожить замок? – Тео улыбнулся и кивнул. – Как человек или как дракон?
– Помогу как человек, – просто ответил он. – Так проще и эффективнее. Скоро приедет южный волшебник, и если дракон нападёт открыто, даже твой безупречный план может рухнуть. Никто не знает, на что способны волшебники в опасной ситуации… порой, даже они сами этого не ведают.
