Автор
Просыпаюсь в поту от ужаса, снова погруженный в холодные реалии страшной сцены. Когда открываю глаза, понимаю — это лишь сон, искрящийся кровью Ирмы-истрибленки. Драмы и тайны мира магии витают в моей голове как невидимые узники кромешного темноты.
Надеюсь, вы понимаете, что будет, если это клевета?
— Мой друг что-то не так понял, — встаёт Ария и, прижав руки к груди, шагает ближе к Ульриху. — Крис, я же никогда не говорила, что это Ирма.
Глава 26
Крис непонимающе хмурится, будто думает, что не расслышал.
— Но ты говорила, что она была рядом, когда…
— Простите его, — перебивает Ария. — Думаю, это чья-то шутка и недоразумение.
— И всё же я попрошу сейчас вас обеих протий со мной, — Ульрих строго смотрит на меня, а потом на Арию. — Нужно вернуть вам цвет лица.
Он говорит это так, что спорить не хочется. Глубоким, властным голосом, которому хочется подчиняться… Чёрт. Похоже, эффект снова нарастает.
Отвожу взгляд от Ульриха, которому идут даже появившиеся с недавних пор тени под глазами и морщинка между бровей. Перевожу взгляд на Криса — это безопаснее. Парень переваривает информацию, его лицо мрачнеет, и он смотрит на Арию уже совсем по-другому. Но видно, что пока не может поверить в то, что она оболгала меня умышленно.
Чувствую, что я снова останусь голодной.
Опасно так думать. Приходится напомнить себе, что Ульрих непрост и опасен.
У своего кабинета он просит нас подождать, и только тогда я вспоминаю, что, вообще-то, меня сейчас ждёт тяжёлый разговор.
Ария нервничает и то и дело поглядывает на меня.
И всё бы хорошо, но царапает меня какое-то смутное чувство. Ревность? Не может быть. Да, всё дело в том, что Ария может снова наговорить что-то про меня наедине с Ульрихом, этого я и боюсь. По крайней мере, мне хочется так думать.
Через несколько минут она выходит оттуда злая, но с чистым лицом.
— Теперь ты, Ирма, — раздаётся голос Ульриха за дверью. Как у него приятно получается произнести это имя: Ир-ма…
Хлопаю себя по щекам, чтобы собраться. Захожу и присаживаюсь на краешек.
— А я тут зачем? — отрываю взгляд от ворота его рубахи, расстёгнутого на одну пуговицу. — Вопросы были только к Арии.
