Автор
Просыпаюсь в поту от ужаса, снова погруженный в холодные реалии страшной сцены. Когда открываю глаза, понимаю — это лишь сон, искрящийся кровью Ирмы-истрибленки. Драмы и тайны мира магии витают в моей голове как невидимые узники кромешного темноты.
— Ты сбежишь, — уверенно заявляет он. — А у меня много вопросов. Один из них: почему ты написала ту записку Арии? Я понимаю игру на том, что ты уже якобы охладела ко мне, но зачем тебе сводить меня с другой?
О-па. Ария прям показала записку Ульриху? Зачем?
Хотя, это понятно: чтобы он понял, что действительно может считать себя свободным от отношений, и она бы его соблазнила. Вот только я теперь не очень хорошо выгляжу в глазах жениха. «Спасибо», Ария.
Ну и плевать. Мне неприятно, что меня сдали, но ничего криминального я не делала! Облизываю пересохшие губы и стараюсь подавить щемящее чувство, возникшее в груди.
— Потому что это не игра. Я считаю, что мы должны расстаться, — чуть хриплым от волнения голосом говорю я. И смотрю вниз, на стол, так что даже не знаю реакции Ульриха. — Я не буду счастлива с тобой. Это же очевидно.
Потому что он меня убьёт. И даже если я смогу что-то изменить, то всё равно не хочу вставать на пути у истинной любви Арии и Ульриха.
Он молчит. Да, тут нечем возразить, он всё это время игнорировал Ирму, и только я заставила Ульриха немного шевелиться. Всё его внимание на самом деле продиктовано тем, что он не может совсем уж откровенно бросить невесту в таких ситуациях, в которые я попадаю. К сожалению, это так.
— Я понимаю, почему ты говоришь, — произносит он сквозь зубы. — Вот только поздно. Помолвка одобрена королём, о ней объявили официально. Ты и твоя семья так много сделали, а теперь ты просто отказываешься? Думаешь, что всё в этом мире подчиняется твоим желаниям?"
"Он злится.
— Но лучше прекратить всё сейчас, пока не зашло слишком далеко. Если вам важна репутация, можете говорить, что вы меня бросили.
— Именно поэтому не буду, — Ульрих прикрывает глаза, стараясь успокоиться.
— Мы можем сделать всё без скандала, — не слишком уверенно говорю я.
Ульрих не выдерживает, поднимается и со стуком опускает ладони на стол. Он нависает, наклонившись ко мне.
— Ирма, я не верю ни единому твоему слову, — мрачно говорит он. — Ты то ходишь хвостом, то убегаешь, то стремишься стать сильнее, то придумываешь глупые оправдания.
