В тени старых повозочных путей прячется загадочный трофей, будоражащий воображение и вызывающий подозрения у местных жителей. Вечерняя дымка над лесом лишь усиливает атмосферу зловещности вокруг этого необычного предмета, открывая тайны прошлого войны.
На его базе недавно создана Южная группа войск на территории Болгарии и Румынии. Мы с Игнатом рванули в архив госпитальной базы фронта. Там нашли ГБА — госпитальную базу армии. Потом в другом подъезде здания отыскались архивы эвакоприемников (ЭП) и армейских подвижных госпиталей. Короче, на поиски ушло шесть часов, зато у нас на руках оказалась эта карточка.
Бойко потряс тонкой книжечкой и передал ее Старцеву. Тот быстро пролистал несколько полупустых страничек.
— И все? — недовольно-растерянно спросил он.
— Чем богаты, Иван Харитонович.
— Ни фотографии, ни роста, ни веса — ничего.
— «Поступил 12 февраля со средней степенью контузии. На голове в районе правой височной области имеется заживающий шрам старого ранения. Других видимых повреждений не имеет», — процитировал Олесь запись из карточки. — А даты и причины убытия нет вообще.
— Да уж… с медиками всегда было непросто — по себе знаю, — проворчал Старцев. — Значит, остались только мы с Александром?
— Выходит, так, — кивнул Егоров.
"— Тогда слушайте. Проторчали мы с Саней в учетно-архивном отделе «А» НКГБ. Пропуск добыли быстро, да потом застряли — там у них какие-то внутренние совещания или занятия проходили. В общем, принять нас было некому, — невесело доложил Старцев, занимаясь заваркой чая.
— Организация серьезная, ведет полный учет своих кадров, — продолжил Васильков. — Изложили суть, назвали фронт, армию, дивизию и сроки. Майор с нами беседовал. Выслушал, все записал и обещал в течение нескольких часов выяснить, кто из сотрудников СМЕРШ 12 февраля принимал плененных генералов с водителем и переправлял их в госпиталь.
— Тю‑ю, несколько часов, — протянул Бойко. — Неделя — это тоже несколько часов. А нам срочно надо.
Иван не ответил. Он до того был недоволен результатами прошедшего рабочего дня, что молча уселся на любимый подоконник, забыв о только что приготовленном чае.
* * *Благая весть пришла на Петровку ранним утром. Стоило Старцеву войти в парадный подъезд Управления и подняться по ступенькам до уровня первого этажа, как его радостно окликнул дежурный:
— Иван Харитонович, приветствую! Наконец-то! До тебя тут телефон разрывался.
— Кому же я понадобился в такую рань?
— Так из отдела «А» НКГБ.
— Ах, черт! — воскликнул Старцев, вспомнив о главном. — Что сказали? Еще позвонят?
— Обещали. Спишь долго, Харитоныч!
— Да ладно тебе! Я сегодня на час раньше положенного приперся…
Повторный звонок раздался через десять минут.
