Автор
В глубинах невиданных лабиринтов мироздания, известны вещи даже близкие не подозревают. Когда сама Надя влюблена в секретный Змеиный мох, а его обнаружил даже не он сам, кому оставаться вне игры? Это история любви и заговоров, где каждый шаг может быть последним.
Славе он насчет своей болезни все-таки признался, когда переоформляли устав. Тот меня не выдал. Сказал, что догадывался о чем-то подобном. За что я, разумеется, был ему очень благодарен.
- Так вот, парни. Все равно об этом молчите, - потребовал Аркадий, когда мы со всеми делами более или менее закончили. – Пока не узнаете, что я того… кончился. Не хочу, чтобы враги радовались, а друзья грустили.
- Послушай, а может, ты останешься здесь? – предложил я. - Буду рядом с тобой. У тебя же российское гражданство, в Питере постоянная прописка.
"- Нет, - отрезал он. Так, что я сразу понял: даже пытаться уговаривать не стоит. – Там Диана. И неважно, что она даже не понимает, кто я. И потом… не хочу, чтобы ты наблюдал за этим. Там есть клиника… типа хосписа. Полный уход, красивые медсестры. Умру в окружении красавиц, всегда мечтал. Считай, что я просто уехал далеко. Туда, куда самолеты не летают. И где интернета нет. А завтра я со всеми попрощаюсь. С друзьями. То есть я буду знать, что попрощался. Им не надо.
В субботу вечером мы собрались в маленьком грузинском ресторанчике на Загородном. Человек двадцать. Я знал только Славу и Ивана – начальника лизинга. Кроме них, из «Логиса» больше не было никого. Все веселились от души. Мы со Славой старались держаться. Хотя шуточки скребли, как наждак.
«Ты что-то сдал, Аркаш. Это потому, что не пьешь, чертяка. С каких пор трезвенником заделался? И побрился зачем-то. Такие волосы были! Смотри, девушки любить не будут».
Он улыбался, смеялся, шутил в ответ.
Когда все уже расходились и прощались, он крепко обнял Славу. Я стоял рядом и слышал его слова:
- Спасибо за все, Славка. Об одном прошу: Денису помогай, как мне. Ну… Степану со Светой передам привет. Так! Никаких слез! Не смей! Все будет хорошо. Маришку и Юльку поцелуй от меня.
Дома мы проговорили почти всю ночь. Хотя и понятно было, что не наговоришься за прошедшую жизнь, и вперед тем более.
- Как-то бестолково у меня все вышло, - сказал Аркадий уже под утро. – Любил одну женщину, женился на другой. Вкалывал, как проклятый. Похоронил дочь… Не дай бог кому хоронить своих детей. И все-таки я благодарен Гале. За то, что была со мной, хоть и недолго. За то, что родила тебя. И что познакомила нас. Да, поздно, но познакомила.
Утром я отвез его в аэропорт.
- Все, Денис, иди, - зарегистрировавшись на рейс, он обнял меня. – Долгие проводы – не люблю.
