Мгла и страх заполнили душу главной героини, и каждое движение казалось неловким и лишним. Ее путь в странном мире был неизвестен, но она чувствовала, что стоит на переправе, где свет зари мог быть либо восходом солнца, либо восходом луны. Каждый шаг ведет к опасности или к признанию истинного пути, о котором мечтает сердце и душа героини....
Но ведь семья без ребенка – это дикость, это противоестественно! А Олег молчал, рисуя пальцем круги на уже порядком потертой клеенке в мелкий цветочек.
– Да хочу, конечно, – вздохнул он наконец. – Только вот почему ты так в своего собственного уперлась, не понимаю? Ну, не судьба – значит, не судьба. Давай из детдома возьмем.
Но из детдома Наташа не хотела. Детей она видела в своей школе каждый день, и просто не могла себе представить, что может полюбить какого-то другого ребенка, кроме своего. Дети ей нравились, она хорошо относилась к ним, была терпелива и снисходительна.
В конце концов Олег уговорил подождать ее до осени. Наклевывалась, как он сказал, какая-то сезонная летняя работенка, и если он понравится нанимателю, то тот вполне может взять его и на постоянную.
– Но только осенью, Наташка, понимаешь, осенью. Давай подождем немного! Ничего же не изменится.
И они решили подождать. Действительно, подумала Наташа, ничего же не изменится.
Отпуск у Наташи был большой, и весь август они прожили у Наташиных родителей в деревне.
Август стоял жаркий.
В тот день за завтраком мать попросила отца:
– Слушай, Вань, сходи за подпорками, а? У меня вон вся смородина погнулась.
– Так ты ягоды с нее собери, она и гнуться не будет, – проворчал в ответ отец, хитро поглядывая на Наташу, которая терпеть не могла собирать смородину.
– Да ладно тебе, ягоды – не ягоды, а все равно кусты подпирать надо. Вон Олежку с собой возьми да сходи.
Зять с готовностью кивнул.
– Ну, обоим подыскала работу, – продолжал ворчать отец, но в глубине души был очень доволен – одному идти в лес ему не хотелось.
Утром нашлись неотложные дела, и за подпорками мужчины собрались только ближе к вечеру.
