После чего пришёл в себя и степенно посмотрел на меня:
— Простите за мою выходку, господин Баженов. Сердце отца стучит громче голоса разума.
Я кивнул. Скоробогатовы сели в машину, и Светлана напоследок обернулась на меня и тепло улыбнулась. Отряд охотников во главе с Вепрем двинулся на базу. Гвардию я оставил охранять периметр до появления Комиссии.
— Кажется, у нас тут было какое-то представление, — сказал я вслух. Повернулся к витязю.
— А вы, кажется, хотели поговорить? Может, пора?
— Я получил распоряжение вывести людей через две недели, ваше благородие, — произнёс Снегов, провожая взглядом автомобиль графа. — Срок нашей командировки подходит к концу. Видимо, там принято решение, что вы способны сами позаботиться об этой земле.
— Постарайтесь за эти две недели не умереть, хорошо? — попросил витязь. — Впрочем, ваше отношение к моим просьбам мне известно. И всё же.
— Кстати, насчёт этого, — заметил я. — Есть у меня тут одна задумка…
Снегов тяжело вздохнул.
— Это невозможно, — сказал витязь. — И я категорически против вашего плана. По крайней мере, пока отвечаю за этот регион.
Другой реакции я от Снегова и не ждал.
— Ваша доблесть, простите, но, полагаю, господин Зодчий нашим мнением не интересуется, — с хитрой улыбкой прогудел Вепрь. Мы снова находились в моей комнате переговоров, но сейчас нас здесь было лишь трое. Поэтому лысый охотник был совершенно расслаблен. Решались вопросы ему близкие.
— Чем дольше мы будем медлить, тем сильнее станет тварь, — произнёс я. — Её могущество растёт. Она сумела дотянуться до северного края моих земель, и обратила людей за сутки.
Благодаря энергетическому фокусу зловещих надписей на сводах, конечно. Сила Скверны в про́клятых катакомбах стала той самой линзой, собирающей волю Шепчущего Колдуна.
— Вероятность того, что он ждёт вас у Влодавского Колодца, прямо скажу, небольшая. Плюс Бессмертный Страж… — цокнул языком Вепрь, и тут же поднял руки, защищаясь, — ни в коей мере не пытаюсь отговорить вас, ваше благородие.
— Бессмертный — это моя проблема. Мне нужна ваша помощь, чтобы до него дойти.
— Ваше благородие, — сухо проговорил Снегов. — Вы ещё слишком юны, чтобы понимать всю опасность затеи. И, главное, её бессмысленность. Я даже не слышал про то, что кому-либо удалось навредить Бессмертным.
— Сама их суть сокрыта в имени, господин Зодчий. Его доблесть совершенно правы. Однако я готов рискнуть. Я вам верю. Не знаю почему, но верю.
