— Вера вам пригодится, когда вы будете его хоронить, — надул губы Снегов.
— Типун вам на язык, ваша доблесть! — сплюнул лидер охотников и трижды постучал себя по голове. Взгляд стал неодобрительным.
— Вы идёте без разведки, с поддержкой в лице всего лишь двадцати конных, через про́клятый город, сражаться с Бессмертным стражем Колодца, — недовольно проговорил витязь. — Вот что говорит мне разум. Здесь нет места суеверию, господин Вепрь. Это реальность.
Снегов посмотрел на меня:
— Допустим, вы дойдёте. Предположим, вам удастся убить того, кого убить невозможно. Хотя само такое предположение уже из разряда книжек для развлечения. Что будет дальше, ваше благородие?
— Я закончил постройку моей новой разработки, ваша доблесть. На самой границе. Так мы пробьём коридор до осквернённого Колодца и расширим земли Российской Империи, — хитрить смысла нет. Правда — лучшее оружие.
— Вы понимаете, как это звучит, ваше благородие? — продолжил стоять на своём витязь.
— Ваша доблесть, чем мы рискуем, если попробуем? — пришёл ко мне на помощь Вепрь. Он поднялся из-за стола с улыбкой. — Мужики из Орхово в своих вылазках доходили до окраин города. Я сам, не единожды, отправлялся на охоту в те края. До Влодавы мы дойдём без труда. Вокруг города объездная идёт, если не хочется напрямую через него пробиваться. Легко можем обогнуть, благо лошадки у господина Зодчего славные. Мечта одна, честное слово, а не дорога.
— Вы так говорите, словно нас ожидает лёгкая прогулка. А на деле, господин Вепрь, мы рискуем жизнью юноши, который ещё не дорос до тех лет, когда в голове пробуждается инстинкт самосохранения.
— Ваша доблесть, осторожнее, — попросил я. — Это звучит почти как оскорбление. Повторное.
— Простите, ваше благородие, но это предложение сбивает меня с толка. Вы будто бы сошли с ума. Причём ваше безумие, господин Зодчий, оказалось заразным. Господин Вепрь, вы ведь прекрасно знаете, что Изнанка ошибок не прощает!
— Знаю, ваша доблесть. Однако его благородие не единожды доказал свою исключительность, — пожал плечами охотник. — Я ему верю. У меня хорошее предчувствие.
— Предчувствие? — переспросил витязь. — Это ваш основной аргумент, я правильно понимаю?
— Да, — бесхитростно ответил Вепрь. — В Изнанке оно спасает жизни.
Снегов даже растерялся.
— Вы сошли с ума, — наконец констатировал он. — Когда вы собираетесь отправляться?
— Послезавтра, — сказал я.
— Послезавтра… — повторил витязь задумчиво.
