Автор
В холодном осеннем воздухе и шорохе желтых листьев, он проникает в тишину своего особняка. Робким шагом проходит через сад к своему любимому уголку, где проводит первые часы дня в одиночестве — бездумно глядя на старый дуб, погруженный в вечерний закат. С каждым кофецей возвращается уверенность и сосредоточенность, необходимая для поддержания великолепного образа. Это место — его талисман, где каждый раз он восстанавливает свои ровные сцепления жизни....
Тапки, наоборот, сбросила на ковер. И веско произнесла:
– Я тоже уберу за тобой. Но в первый и единственный раз. Ты же не инвалид, верно?
– А кто такой инвалид? – заинтересовалась девица.
– Тот, у кого, допустим, ноги не гнутся, чтобы присесть. Или ручки слабенькие. Не могут халат удержать.
– Не, у меня все гнется! – сообщила Лиза. – Я даже на шпагат почти умею садиться…
– Ну, раз на шпагат умеешь – значит, складывать одежду у тебя точно получится, – улыбнулась няня.
На душе у Марии полегчало: первый раунд, похоже, она выиграла легко.
Однако рано она радовалась. Потому что Лиза вдруг внимательно взглянула на свою новую няню и велела:
– Расскажи мне про Тишку.
– Про кого? – едва не поперхнулась Мария.
– Про Тишку. Моего игрушечного котенка, – нетерпеливо повторила Лиза. – Где он, что с ним? Ты знаешь.
– С чего ты решила, что я знаю? – медленно произнесла Маша.
– Чувствую, – спокойно ответила девочка.
Бросила затравленный взгляд на закрытую дверь смежной комнаты – похоже, той самой, где встретила свою смерть предыдущая няня.
– Мне очень важно вернуть его. Ведь Тишка… он всегда со мной спал. А в ту… в ту ночь он поднялся и убежал. Я ему говорила: не надо, куда ты, там холодно и темно, ты испачкаешься, замерзнешь… Но в окно светила большая луна, и Тишка все равно ушел. Он всегда уходил, когда это, как его… полнолуние…
– Но разве твой котенок… как ты сама сказала, игрушечный… умел ходить? – спросила няня.
– Днем, когда его могли увидеть, нет, – серьезно ответила Лиза.
– Ну, значит, еще вернется, – заверила Долинина. – Коты, даже игрушечные, они такие. Любят погулять. Вот и Тишка твой загулял.
– Нет, – покачала головой Лиза. – С ним что-то случилось.
Она обиженно взглянула на Машу и упрямо добавила:
– Я это знаю. И ты знаешь тоже.
«Как она это поняла? Как догадалась?..»
Но не рассказывать же, о чем поведала ей Милена! Что окровавленный котенок изъят милиционерами и теперь проходит как вещественное доказательство!
И Маша задумчиво произнесла:
– Знаешь, Лиза… Раз ночь была холодная, темная… Тишка твой мог заблудиться.
– Нет, я не хочу ждать, – надула губы девчонка. – Я хочу своего Тишку. Сейчас. Немедленно.
– Немедленно никак не получится, – твердо сказала Маша. – У него наверняка воспаление легких. А оно быстро не лечится.
