Там, под грузиком, есть место для новых цифр. Не сомневаюсь в этом.
Один из гостей поднялся с места и, нарочито чеканя шаг, вышел в холл. Когда он вернулся, вид у него был хмурый.
— Вам, вероятно, будет небезынтересно узнать, — сказал он, — что ваши часы остановились ровно в полночь.
Мэйнард по-прежнему сидел в кресле.
— Я уверен, что все будет в порядке, — повторял он.
Две женщины встали со своих мест.
— Мы пойдем наверх и поищем Джоан, — сказала одна из них.
Через некоторое время они вернулись.
— Ее там нет. Мы всюду посмотрели.
В комнату вошли трое гостей, которые удалились в столовую, когда Мэйнард начал свой рассказ. Один из них весело сказал:
— Ну, полночь прошла, так что, думаю, все кончилось. — Он посмотрел на Мэйнарда. — Вы, конечно, сказали им, что нумерация кончается на цифре 1970?
Гости заерзали на своих местах, нарушив тягостное молчание. Мужчина обратился к ним все тем же веселым тоном:
— Когда я впервые слышал эту историю, последняя цифра была 1968, и ровно в полночь часы остановились.
— И Джоан исчезла за три минуты до этого? — спросил кто-то.
Несколько человек вышли в холл посмотреть на часы. В гостиную доносились возбужденные голоса:
— Смотрите-ка, последняя цифра действительно 1970…
— Интересно, Мэйнард каждый год вырезает новые цифры?
— Эй, Пит, возьмись за гирьку!
— Ну уж нет. Мне как-то не по себе от этой истории.
— Мэйнард всегда казался мне странным.
— Но здорово рассказал, верно?
Позже, когда гости начали расходиться, одна женщина жалобно спросила:
— Но если все это шутка, почему Джоан не вернулась?
Чей-то голос прозвучал из темноты за дверью:
— Мэйнарды такая занятная пара, правда?
В то чудесное воскресное июльское утро Джереми Джупитер позвонил мне и предложил поехать куда-нибудь за город. Похоже, в тот день я собирался покончить жизнь самоубийством, иначе чем можно объяснить мое согласие? У Джереми Джупитера куча денег и вечный зуд ставить на мне свои научные эксперименты. Видимо, я поверил, что он и в самом деле хочет прогуляться за город, чтобы отдохнуть и со вкусом попировать на природе.
Я предупредил его, однако, что мне совершенно необходимо вернуться в Нью-Йорк к вечеру, так как я договорился встретиться и пообедать с одним приезжим редактором. В понедельник ему предстояло вернуться в Чикаго. Он хотел приобрести одну вещицу, за которую я рассчитывал получить не менее тысячи долларов, и поэтому я ждал этого обеда с большим нетерпением.
Джереми пообещал, что мы вернемся точно к назначенному часу, добавил, что заедет за мной через часок, и повесил трубку. Легкий фланелевый костюм и отменный аппетит — вот, пожалуй, и все, что мне понадобится. Ровно через час я услышал, как он просигналил, и выскочил наружу. И тут же остановился в изумлении.