Они сидели вдвоем на тахте, лицами к нам, а спинами к Компенсаторам. В руках у графини была бутылка с вином, которую отдал ей Эрих; она то передавала ее товарке, то забирала обратно. На белых кружевах ее блузки расплывалось розовое пятно.
— Наступит день, — пророчествовал Брюс, — когда зомби объединятся с нерожденными против нас и их, бесчисленные орды обрушатся на нас с криками: «Пришла пора!»
Я приглядывалась к Красоткам. Обе они подались вперед, опираясь локтями на колени и расставив ноги. Узкая юбка графини стесняла ее движения; пеплос гетеры сполз вниз, обнажив плечо. Выглядели они на удивление материальными, хотя никто не уделял им внимания вот уже с полчаса. Щурясь, они смотрели куда-то под потолок и как будто прислушивались к словам Брюса.
— Мы различаем зомби и нерожденных; тех, чьи линии жизни лежат в прошлом, и тех, кому наши операции доставляют беспокойство в будущем. Но существует ли сейчас это различие? Не перепуталось ли прошлое с будущим? Способны ли мы определить, где настоящее, подлинное настоящее космоса? Все Места обладают своим собственным настоящим, настоящим Глубины, на которой они расположены. Но меня интересует не оно.
Если верить Скорпионам, дым сражений не позволяет пока зафиксировать настоящее, но все переменится, когда Скарабеи безоговорочно капитулируют. Восстановится космический миропорядок, продолжится прерванное было развитие. Если верить; но верите ли вы? Или считаете, подобно мне, что прошлое и будущее для нас едины, что подлинное настоящее благодаря нашим действиям сведено на нет — то настоящее, на которое мы только и могли уповать?
Он прошелся по стойке, давая нам возможность воспринять сказанное.
— Брюс, в последний раз… — заявил Эрих, но наш новоявленный прорицатель перебил его:
— Однако пускай нас окружает сплошной мрак, мы можем еще спасти космос, вернуть действительности богатство красок, погрузить Призраков в крепкий сон и даже отыскать подлинное настоящее. Средства для этого — у нас под руками. Способность путешествовать во времени должна служить не целям войны и уничтожения, а исцелению, взаимопроникновению культур, сотрудничеству — короче, миру…
И тут мой комендант доказал, что знаком с основами сценического искусства. Брюс вел себя так, словно играл главную роль, а Эрих изображал голос из зала. Естественно, красу рода фон Хогенвальдов это не устраивало. Он бросился вперед и с разбега вскочил на проклятый сундук с бомбой.
Мгновение спустя Мод, не проронив ни звука, показала мне след от моих пальцев на своей руке. Илли проквакал укоризненно, выдергивая из моего кулака щупальце:
— Не делай больше так, Гретхен.
Эрих возвышался на сундуке.