Отчаянный, размашистый хук пришелся прямо ему в лицо. Острая боль пронзила рассеченную верхнюю губу, которая еще только начала затягиваться после предыдущей драки. Вилсона перекосило от боли, и он отскочил назад.
Послышался звук глухого удара, и сквозь туман, застилающий глаза, Вилсон увидел, как в Воротах исчезают ноги. Номер Третий, как и прежде, стоял возле Ворот.
— Ну, добился своего! — упрекнул он Вилсона, прижимая к губам костяшки пальцев левой руки.
Несправедливое обвинение возмутило Вилсона. Лицо его все еще продолжало гореть от боли.
— Я? — запротестовал он. — Это ты зашвырнул его туда. Я к нему и пальцем не прикасался.
— Верно, но все равно — ты во всем виноват. Если бы ты не встрял, мне бы не пришлось этого делать.
— Я встрял? Ах ты наглый лицемер! Это ты встрял и начал во все вмешиваться и все портить. Кстати, ты мне кое-что должен объяснить и тебе не отвертеться. Что это еще за…
Но номер Третий не дал ему договорить.
— Оставь это. Сейчас уже слишком поздно, — мрачно сказал он. — Он уже там.
— Слишком поздно для чего? — заинтересовался Вилсон.
— Поздно делать что-то, чтобы остановить эту цепочку событий.
— А зачем нам ее останавливать?
— Затем, — с горечью ответил номер Третий, — Дектор обманул меня — я хотел сказать тебя… нет, нас, как парочку последних дурачков. Послушай, ведь он обещал тебе все устроить так, что ты будешь большой шишкой там, — он указал на Ворота, — верно?
— Да, — признался Вилсон.
— Все это полное вранье. Единственное, чего он хочет, — запутать нас в этих проклятых Воротах Времени, чтобы мы до скончания веков болтались в них.
Вилсон почувствовал, что у него в душе зашевелились сомнения. Номер Третий вполне мог говорить правду. В самом деле — в том, что произошло до сих пор, было совсем немного смысла. В конце концов, зачем Дектору понадобилась его помощь, зачем ему делить все с Вилсоном пополам, когда он имел в своем далеком раю право первой руки?
— Откуда ты знаешь? — спросил Вилсон.
— Зачем тратить время на пустые разговоры? — устало ответил номер Третий. — Почему бы тебе не поверить мне на слово?
Его собеседник в полнейшем отчаянии посмотрел на него.
— Если ты не можешь поверить мне, то кому ты вообще можешь верить?
Неоспоримая логика, прозвучавшая в словах номера Третьего, только еще сильнее разозлила Вилсона. Его почему-то ужасно раздражал этот нахальный двойник. Сама мысль о том, что он должен слепо повиноваться, возмущала Вилсона.
— Я с Миссури, — заявил он. — Пойду туда и посмотрю сам.
Он сделал движение в сторону Ворот.
— Куда это ты собрался?
— Туда! Я найду там Дектора и разберусь с ним.
— Не делай этого! — сказал двойник. — Может быть, мы сумеем разорвать цепочку событий сейчас.
Но Вилсон ничего не хотел слушать.