Настя больше не верит в чудеса и магию. Золотой ключик исполнил своё предназначение, открыв дверь в неожиданный мир. Теперь героине предстоит столкнуться с суровой реальностью последствий и выбрать между безопасностью обыденной жизни и неизведанными испытаниями, которые ждут за закрытой дверью.
Раздел Chitat.online для книги «Золотой ключик для Насти. Книга вторая» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Настя больше не верит в чудеса и магию. Золотой ключик исполнил своё предназначение, открыв дверь в неожиданный мир. Теперь героине предстоит столкнуться с суровой реальностью последствий и выбрать между безопасностью обыденной жизни и неизведанными испытаниями, которые ждут за закрытой дверью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна Сергеевна Гаврилова Самиздат подборки серии
Настя больше не верит в чудеса и магию. Золотой ключик исполнил своё предназначение, открыв дверь в неожиданный мир. Теперь героине предстоит столкнуться с суровой реальностью последствий и выбрать между безопасностью обыденной жизни и неизведанными испытаниями, которые ждут за закрытой дверью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Не вопрос, утверждение, а уголки губ вновь дрожат. — Любишь. Так что даже не пытайся отвертеться.
Вот теперь я растерялась. Жутко хотелось запротестовать, сказать, что всё не так, просто из вредности, но я не смогла. Вот просто не смогла и всё тут!
Эрик же окинул новым долгим взглядом, улыбнулся, круто развернулся на каблуках и отправился прочь. Тот факт, что я по-прежнему вишу над полом, огненное высочество совершенно не заботил.
— Эй! — крикнула я.
Мужчина не оборачиваясь махнул рукой, мол — отстань, болезная. И вышел.
Вышел!
— Эрик!!!
Мой вопль сотряс стены, но действия не возымел.
— Эрик, вернись немедленно!
Реакции ноль.
Я попробовала пошевелиться, и у меня даже получилось, но способность брыкаться не отменяла воздушный захват, в который я угодила. То есть я просто месила воздух и всё. Стоит ли удивляться тому, что я злиться начала? В смысле — злиться по-настоящему!
Ну вернись! Ну только попадись! Я тебе… чёрт, я всё скажу! И в таких выражениях, что ты… ты…
А он взял и вернулся. Только не один, а в компании Кардера.
Я тут же перестала избивать воздух, и даже ругаться, хоть и мысленно, прекратила. Дело в том, что несмотря на ранее утро, глава тайной канцелярии был бодр и полностью одет. А ещё при нём оружие было — длинный меч в простых ножнах. Вот это отсутствие финтифлюшек подсказывало — оружие не парадное, а очень даже рабочее.
Стало… чуть-чуть страшно.
А потом я заметила, что на поясе Эрика тоже ножны болтаются, и страх сменился паникой — что эти двое задумали, а?
Я прекрасно понимала — мне зла не причинят, но…
— Всё под контролем, дорогая, — отозвался Эрик, который на ходу алый, расшитый золотом камзол застёгивал.
А глава тайной канцелярии озорно подмигнул.
Мужчины пересекли спальню и из поля моего зрения исчезли. Тот факт, что оба оказались за спиной, вызвал новую волну паники — просто я уже поняла, куда они намылились!
— Нет! — Увы, мой вопль больше походил на писк. — Нет! Стойте!
— Да мы быстро, — отозвался Кардер.
Опротестовать это решение я не успела. Раздался двойной щелчок замка, а вот дальше…
Чёрт! Как же это ужасно! Как невыносимо ужасно висеть в воздухе без возможности что-то сделать! И как это жутко, когда у всех есть магия, а у тебя нет!
«Верез!» — мысленно застонала я.
Но в ответ, разумеется, тишина.
От этой тишины совсем плохо стало, потому что за время пребывания в Фаргосе я так привыкла к своему невидимому собеседнику, что сейчас попросту голой себя почувствовала.
Правда в полной мере осознать своё одиночество не успела — отвлекли.
Сперва за спиной раздался грохот, потом нечто, сильно напоминающее мат: слов не слышала, но по интонациям — он самый. Следом рык. За ним ещё один. И опять грохот, но уже разбавленный звуком бьющегося стекла.
