Автор
В далекой золотой земле драконы существуют уже столетия. Здесь воздух свеж и полон вихревых легенд, а синее небо пропитано ожиданием. Шут, шепча свои загадочные речи, внушает детям веру в то, что где-то там, в глубинах мира, драконы ждут своих зрителей.
Мое исцеление и возвращение шрамов доказывало, что в определенной области у него огромный талант. Но Чейд всегда был человеком, снедаемым тщеславием, и я знал, что он не успокоится до тех пор, пока полностью не овладеет всеми возможностями Силы.
Мои попытки успокоить Чейда привели лишь к тому, что его мысли потекли по новому руслу.
– Может быть, ты предпочел бы топор? – неожиданно спросил он.
Я удивленно уставился на него, но потом понял.
– Прошло много лет с тех пор, как я брал в руки боевой топор, – ответил я.
– Все равно. Возможно, топор будет удобнее меча, если дракон окажется закованным в лед. Завтра первым делом попрошу главного оружейника подыскать тебе подходящий топор. – Он склонил голову набок и улыбнулся. Я успел хорошо изучить эту улыбку, поэтому был готов к следующим словам. – Ты будешь заниматься со Свифтом не только письмом, чтением и счетом, но и обращением с оружием.
– Но почему? – возмутился я."
"То, что я увидел на уроках Уэба, не слишком меня вдохновило. Свифт оказался мрачным серьезным ребенком, который даже не улыбался, когда другие дети покатывались от хохота. Он мало говорил и молча смотрел на мир черными глазами Баррича.
– Из меня получится плохой наставник. Кроме того, чем меньше я буду иметь дел с мальчиком, тем лучше для нас обоих. Что, если Баррич захочет навестить сына и познакомиться с его учителем? У нас возникнут серьезные трудности.
Чейд печально покачал головой.
– Сомневаюсь, что такое возможно. За те десять дней, что мальчик провел в замке, отец ни разу не проявил интереса к судьбе сына.
– Но почему я? – кисло спросил я.
Чейд широко улыбнулся.
– Мне кажется, Кетриккен нравится повторение пройденного. Должен признать, что я вижу в этом некую жестокую справедливость. – Потом он вздохнул и заговорил серьезно.
