В разоренной квартире, волосы женщины словно снег лежат шелковым покрывалом на спине — черные и белые, идеально ровной и красивой, но сейчас она задумчиво опущена в тень, отражая внутренние тревоги. Черты лица еще более заметны под бровями, которые напряженно взмокли, уголки губ — то улыбаются слабым мазкам печали. В этой комнате, где все разрушено, сидит она на пороге неизвестности и таинственности....
Ингрид, активно расчищающая локтями дорогу для старшей дочери, наш маневр вовремя не заметила. Ну а потом я всегда смогу сказать, что купила лакомство у снующего между людьми мороженщика с передвижным лотком. Возле узкой каменной лестницы мы остановились. Хель принялась есть эскимо, с восторгом глядя на стоящих наверху девиц, а я — приводить в порядок слегка растрепавшуюся прическу сводной сестры, поправлять ее платье и завязывать распустившийся шнурок на одном из ботинок. Как девушка не споткнулась об него по дороге — не знаю.
Страж в серой форме с украшенными алым кантом погонами учтиво поклонился леди Андервуд и не без удовольствия помог Клотильде подняться на помост, где ее имя и магические способности занесла в список пожилая женщина, вероятно, занимавшаяся подготовкой отборов. Они были довольно редки в Снежном Доле и потому, наверное, так привлекали народ.
Силуэт запряженного двумя ретивыми скакунами экипажа я заметила не сразу.
Так близко обитателей поднебесья мне видеть еще не доводилось. Роскошные белые кони, глаза которых сияли, будто синий лед, переминались с ноги на ногу, стряхивая на мостовую ворох снежинок. А женщина в серебристом плаще с довольной полуулыбкой рассматривала стоящих на возвышении девушек.
