Автор
Зов кукушки вводит вас в мир приключений и тайн, где магия встречается с реальностью. Каждая страница открывает дверь в загадочную страну, где смерть и жизнь тесно связаны. В этом мире древние пределы встречаются со свежими возможностями, создавая беспокойную атмосферу напряжения и ожидания....
«Доброй ночи, — говорю, — неужто снег повалил?» Вижу — у нее снежинки в волосах, сама дрожит, платьишко-то кургузое. А она, мол, на улице минус, то да се. А потом выпалила: «Черт бы их побрал! Всю ночь они, что ли, здесь торчать собираются?» В смысле, папарацци. Ну, я и говорю: они, мол, Диби Макка дожидаются, а он запаздывает. Она прямо завелась. В лифт зашла — и к себе поехала.
— Завелась?
— Еще как!
— Так завелась, что жить расхотела?
— Ну нет, — возразил Уилсон. — Просто завелась, разозлилась.
— А что было потом?
— А потом, — сказал Уилсон, — я по нужде отлучится.
Сжимая кружку мощной пятерней, Уилсон сделал изрядный глоток чая и добавил:
— Половина черепа проломлена. На снегу кровь. Вижу — шея тоже сломана. Из головы… это… да…
Страйку будто ударил в ноздри сладковатый, ни на что не похожий запах человеческих мозгов.
— Бросился я обратно, — продолжил Уилсон. — Вижу — Бестиги уже вдвоем, он жену наверх тащит, чтоб не позорилась, а она знай вопит. Я их попросил вызвать полицию и с лифта глаз не спускать — вдруг злодей спуститься надумает. А сам схватил в подсобке ключ-вездеход — и бегом наверх. На лестнице никого. Отпираю я дверь в квартиру Лулы…
— А для самообороны ничего с собой не взял? — перебил Страйк.
Повисла долгая пауза. Самая длинная.
— У меня и мысли такой не было, — сказал наконец Уилсон. — Думал, скручу его — и дело с концом.
— Скрутишь кого?
— Даффилда, — выдавил Уилсон. — Я думал, там Даффилд.
— Откуда такая уверенность?
— Я думал, он вошел, пока я в сортире был. Код ему известен. Ну, думаю, поднялся он наверх, она его впустила.
