В глубине дома я заметил капельку весны — зеленую точку, словно самая тонкая сердцевина ожидания нового года. Вот она и бросается в глаза, будто трель весеннего пения первого листка, что вот-вот вырастет за окном.
Ну а дальше все было просто, мы шли по моему следу, и, если по началу он был путанным, я бродил зачастую по одним и тем же помещениям, видимо кровопотеря сказывалась и на моем разуме, от того четко держать направление я не мог. Но чем глубже мы уходили в подземелья, тем прямее были мои маршруты и довольно быстро мы набрели на логово Чудя, в котором все было так, как я и оставил, ничего не говорило о том, что Кикимора или братья медведи сюда возвращались. Ну еще бы, они должны были некоторое время играть в догонялки по еще более глубоким уровням подземелий.
— Да уж. — Марья внимательно осмотрела комнатку, где меня содержали, оторванную от стены чугунную батарею, фотографии на стенах. — Не самое комфортабельное жилище. Впрочем, Чудю комфорт и не был особо нужен, он ценил уединение и красоту женского тела.
— Мне бы повезло, если бы я вовсе тут не оказался. — Буркнул я себе под нос.
— Ну тут уж извини. — Хихикнула блондинка. — Ты сам во все это ввязался.
— Ладно-ладно. — Я примирительно поднял руки. — Волк! Надеюсь, в коридоре они никакого порошка не насыпали, чтобы у тебя нюх отбить. Пошли искать наших преступников?
Порошка нигде насыпано не было, хотя емкость с ним и нашлась в вещах, что оставили братья медведи, их я перетряс особенно тщательно, прощупал каждый сантиметр помещения, каждую полку, каждый шкафчик, я искал мантии-невидимки, которых у преступников было как минимум и если верить Кикиморе, две.
— Ничего тут нет. — Наконец заключил я. — Айда в катакомбы.
