Такие вещи случайно не происходят.
И вуаля! – получите Объединенную Веру.
– О'Мэлли, – говорю я, снова кивая бармену.
Он готов уже налить, но мой стакан накрывает рука в перчатке.
Я поворачиваюсь, гадая, не появился ли наконец тот, с кем сегодня потрахаться. И мышцы у меня напрягаются, когда я понимаю, что все совсем наоборот.
Он одет в угольно-серое с головы до пят. Лицо его спрятано за зеркальной маской, продолговатой и овальной. Я только вижу свое тусклое отражение в ее поверхности. И глаза у меня лезут на лоб от неожиданности.
Я поднимаюсь со стула – другая рука в перчатке ложится мне на плечо. Значит, еще один агент у меня за спиной, доходит до меня. Сидя спиной к двери в столь шумном баре, так напившись, я даже не заметила, как они подобрались ко мне.
У меня нет шансов. Но моя рука все равно смыкается на стакане перед замахом. Если падешь – пади в бою.
– ПОЖАЛУЙСТА, ВОЗДЕРЖИТЕСЬ ОТ НЕНУЖНОГО НАСИЛИЯ, ЛЕГИОНЕР БРЭННОК, – говорит первый агент бесполым и гулким голосом. – МЫ ТОЛЬКО ХОТИМ С ВАМИ ГОВОРИТЬ.
– Все у вас в порядке? – спрашивает бармен, снова подняв три своих брови.
Я смотрю на ГРУшников.
У них под куртками бугрятся пистолеты, до дверей далеко. Прикидываю свои шансы под гремящую в ушах музыку, шум алкоголя в крови.
И медленно сажусь обратно.
– Все в норме, – говорю я.
– ЕЩЕ СТАКАНЧИК? – спрашивает ГРУшник.
– ЛАРАССИАНСКИЙ СЕМПТАР, – говорит агент. – ТРИ, ПОЖАЛУЙСТА.
Бармен слушается, наливает три коктейля в три чистых стакана. Первый оперативник садится от меня справа, второй остается сзади, глядя на меня в зеркало над баром.
Как только Трехглазый отходит обслуживать других клиентов, первый агент лезет в карман своего серого костюма. Медленно и осторожно достав унигласс, кладет его передо мной на стойку. Над устройством возникает маленькая голографическая проекция третьего ГРУшника – того жуткого типа в белом, что перебил всех на станции «Саган». Судя по приборам у него за спиной, он стоит на мостике терранского штурмовика.
– ДОБРЫЙ ВЕЧЕР, ЛЕГИОНЕР БРЭННОК, – говорит фигура безжизненным голосом. – НАС ДРУГ ДРУГУ НЕ ПРЕДСТАВИЛИ, МОЖЕТЕ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ПРИНЦЕПС.
Я подношу к губам стакан и медленно его запрокидываю. Ощущаю вкус дыма, немного сахара и замечаю нотки чистого адреналина на языке.
Другие два стакана стоят перед оперативниками.
– ВЫ ДАЛЕКО УЕХАЛИ ОТ ДОМА, ЛЕГИОНЕР БРЭННОК, – говорит голограмма.
– Нет дома лучше черноты, – отвечаю я старой поговоркой Асов.
– СТЕНЫ КАМЕР В ЛУННОЙ ИСПРАВИТЕЛЬНОЙ КОЛОНИИ НЕ Черные, – говорит Принцепс. – ОНИ СЕРЫЕ. НЕБА ТАМ НЕТ, ЗВЕЗД НЕТ. ОДНА ЛИШЬ СЕРОСТЬ. БЕСКОНЕЧНАЯ.
– Пугаешь, ГРУшник? – Я твердой рукой протягиваю стакан бармену. – Потому что я уже вся дрожу.