– Они не наши, – бурчит бетрасканка, глядя на охранников с неприязнью. – Господин Бьянки выставил дополнительный персонал по случаю завтрашнего маскарада.
Бетрасканка показывает на проекцию на стене:
– Пятидесятая годовщина Мирового Корабля. Будет большое празднование, и господин Бьянки устраивает одну из своих вечеринок. Исключительную и весьма увлекательную.
– Ах, да-а, – киваю я. – Конечно же. Маскарад.
Она оглядывает меня сверху вниз.
– У вас нет приглашения?
– Ну нет, – отвечаю я. – Только что приехал.
– Жаль, – мурлычет она. – В платье с открытой спиной я выгляжу изумительно.
Я спускаю ямочки с цепи, и она с игривой улыбкой отворачивается, идет на помощь другим растерявшимся посетителям.
Я смотрю ей вслед, и слова «платье с открытой спиной» отдаются в голове эхом.
И только тут я замечаю, что потерял Скарлетт.
У моей сестрицы рост в шесть футов, пронзительные синие глаза и ярко-оранжевая грива – не заметить ее довольно трудно. Я приподнимаюсь на цыпочки, оглядываю толпу и наконец вижу огненную красную вспышку у входа. Скар беседует с двумя охранниками, смеется и улыбается, а блондин наклонился к ней, упираясь локтем в стену над ее головой в классической позе «межгалактического Ромео». Она широко улыбается и теребит бейджик с именем и кодом, висящий у него на шее.
Я подхожу сзади, деликатно откашливаюсь.
– А, братец-малыш! Это Деклан и Лаклан.
– Привет, – говорит блондин, даже на меня не глядя. Второй просто кивает.
– Их недавно сюда перевели, – поясняет Скар. – Только четвертый день на Мировом Корабле. Деклан приехал аж из марсианских колоний – правда, потрясающе?
– Скар, нам пора, – говорю я. – Помнишь, что у нас дело есть?
Блондин шепчет что-то ей на ухо, она смеется, хлопает его по бронированной груди. Я со вздохом потираю виски:
– Скарлетт? – говорю я, стараясь не слишком проявлять раздражение.
Она бросает на меня убийственный взгляд, затем оборачивается к блондину и стукается с ним униглассами, передавая свои контакты.
– Не опаздывай, – говорит она.
– Великий Ультразавр с Абрааксиса IV не сможет меня задержать.
Я терпеливо жду, пока они пошепчутся, потом Скар берет меня под руку, подмигивает на прощание блондину и уводит меня из музея Бьянки. Мы бредем по променаду в сторону квартиры Дариэля. Нас окатывают радужными волнами цвета, зрелищ, звуков Мирового Корабля, и наконец, когда нас уже точно не слышно, я говорю:
– В семь, – отвечает она. – Сразу, как он сменится.
– Но тогда он будет в форменной одежде. И с бейджем.
– Я ему сказала, что у меня слабость к мужикам в форме.
– Умница, – киваю я.
– Я же из Джонсов, – улыбается она, сжимая мне руку.
И я сжимаю ее в ответ, вдруг снова ощутив огромную благодарность, что она со мной.