В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
— Почему так долго? Он же еще в четверг погиб!
— Так нашли-то его не сразу, а потом еще Галка умерла, теперь их вместе хоронят! Наверное, родственникам так удобнее…
Я посмотрела на часы, увидела, что стрелки приближаются к полудню, и сказала:
— Уже еду! — Брякнула трубку на рычаг, крикнула коллегам: — Я на обед! — и побежала.
— Какой обед? — недовольно спросил меня вдогонку Слава, явно намекая на то, что для перерыва рановато.
— Поминальный! — крикнула я уже из коридора.
И только на трамвайной остановке заметила, что забыла в кабинете свою сумку! Торба, а в ней бумажник с деньгами, остались на моем рабочем столе.
Колян ждал меня на крыльце.
— Не опоздала? — спросила я, поднимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать мужа в щечку.
— Процесс обещает затянуться, — загадочно ответил супруг.
Мы сошли с крыльца, нырнули под арку, пересекли залитый полуденным солнцем внутренний двор и вошли в неприметную дверь без опознавательных знаков, оказавшись в полутемном помещении. Щурясь, я пригляделась и охнула: мы стояли в изголовье гроба.
— Вот так сразу, да? — пробормотала я.
Чуть левее, из-за складчатого крыла красной ткани, высунулась голова, и приглушенный голос Ирки произнес:
— Ленка, иди сюда!
Мы прокрались в обход домовины, на которую я малодушно старалась даже не смотреть, и влились в группу товарищей, приходившихся покойному друзьями-приятелями и коллегами по работе.
"Прощание с покойным было организовано в маленьком зальчике типа просторной ниши: помещение примыкало к коридору, который начинался в фойе, пересекал основание башни и выводил к заднему выходу. Из тупичка можно было выйти во двор через узкую дверцу, но сейчас подступы к ней перегораживал гроб с телом.
Количество желающих поклониться праху Андрюхи Семина меня искренне удивило: вот уж не думала, что рядовой верстальщик газеты «Партизанская правда» мог быть так популярен!
— Это все к Андрюхе? — не выдержав, шепотом спросила я у Коляна.
— Это еще не все, — непонятно сказал он.
