В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
— Клоун, клоун, что ты можешь? — громко, с артистическим завыванием продекламировала я, краем глаза отслеживая реакцию мужиков, у которых при таком отступлении от заранее согласованного текста вытянулись морды. — Я могу скакать, как лошадь! Я могу зарезать зонтом пару-тройку человек!
И уже совершенно нормальным голосом закончила:
— Вам это интересно?
— Кто это? — прошелестело в трубке.
— Это человек, который хочет получить крупную сумму денег за недонесение об убийстве, — ответила я. — Точнее, об убийствах.
— Какой бред! — прошептал излишне эмоциональный Лазарчук, хватаясь за голову.
Панда приложил палец к губам, призывая коллегу молчать.
— Вы бредите, — произнес тихий голос в трубке, словно услышав Серегину подсказку. — Или ошиблись номером.
— Я хочу десять тысяч долларов! — нахально объявила я.
Голос превратился в тихий вздох и исчез, а вместо него бодро загудел сигнал обрыва связи.
— И что теперь? — огорчилась я.
— Положи трубку, подождем, — велел Потапов.
Я послушно опустила трубку на рычаг и пригорюнилась.
— Кому кофе с птичкой? — заполняя паузу, спросил гостеприимный хозяин кабинета.
— А что именно от птички будет в чашке? — опасливо поинтересовался Лазарчук.
Мужики, сгруппировавшиеся в районе подоконника, дружно захохотали.
— Это Василь так шутит, — отсмеявшись, пояснил один из них. — Птичка — это орел на пакетике.
— Василек любит таким образом над продавщицами в магазине прикалываться, — присоединился к товарищу второй парень. — Или вот еще в пиццерии объявляет: «Мне один кусок с шампиньонами, а второй — с грибами». Раздача приостанавливается минуты на полторы, пока народ врубится, что это шутка.
Я посмотрела на Панду. Надо же, он Василек! Да еще и шутник! Капитан бледно улыбнулся, и я поняла, что он тоже нервничает и пытается это скрыть.
— Давайте вашу птичку, — кивнула я.
И тут зазвонил телефон. Я вопросительно посмотрела на хозяина кабинета — он кивнул и жестом велел мне снять трубку.
— Я знаю ваш телефон, — безрадостно похвастался тусклый голос.
— Приятно сознавать, что вы достаточно состоятельный человек, чтобы оснастить свой телефон определителем номера, — похвалила я невидимку.
Аппарат в кабинете Панды был на время каким-то хитрым образом закоммутирован с ближайшим таксофоном.
