В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
Я распахнула калитку и пролетела сквозь нее аж до середины улицы: сзади меня, как поршень, толкала Ирка.
— Что случилось?! — оказавшись за воротами, в один голос закричали мы с подругой.
Ответом нам была затейливая ругань Потапова, с которой странно контрастировал радостный хохот Лазарчука.
— Что слу… — начала было снова Ирка, но я ее остановила.
Мимо моих коленок в калитку шмыгнул Томка, в зубах которого трепетал какой-то флажок. Я проводила взглядом овчарку и посмотрела на Потапова, который в данный момент очень походил на Томкиного собрата, так крутился на месте волчком, глядя через плечо назад, словно собака, пытающаяся поймать собственный хвост.
Раскрасневшийся от смеха Лазарчук высунул в окошко сияющую физиономию, подмигнул мне и спросил, указывая на вращающегося как веретено Потапова:
— Ты случайно не сохранила тот лоскут, который хотела примерить к воображаемой прорехе в моих подштанниках? Он бы, наверное, идеально подошел Васильку на заплатку!
С заднего сиденья, где в тесноте, да не в обиде разместились подчиненные Панды, послышались приглушенные смешки.
— Возьми вот это, — предложила я, протягивая ругающемуся Потапову красный в черный горох лоскут трикотажного полотна. — Думаю, это подойдет как нельзя лучше. А если расцветка не нравится, могу дать такую же заплатку, только серенькую.
Василий ответил на мое предложение отказом, сформулированным исключительно непечатно. Прикрывая ладонью оголенный зад, он плюхнулся в машину, и «Москвич» рванул с места, как гоночный болид.
— Придется еще раз накормить Панду вкусным и сытным обедом, — вздохнула Ирка.
— И купить ему новые трусы, — поддакнула я."
"По моим коленкам прошлось что-то меховое. Я посмотрела вниз и увидела у своих ног Томку, лежащего в классической позе сфинкса. Между передними лапами пса лежала новая тряпочка знакомых очертаний.
— С ума сойти! — захохотала Ирка, присмотревшись к лоскуту.
— Вот, это именно то, о чем я говорила, — усмехнувшись, заявила я. — Разительное несоответствие внешнего и внутреннего.
— По типу сала в шоколаде, — закончила мою мысль понятливая подруга.
Мы переглянулись, засмеялись и рука об руку пошли в дом — доедать шоколадные конфеты с абсолютно традиционной начинкой."
