Автор
В глубокой темной комнате, Роди неслышимо сбивается со счету, глаза расширяются от страха. Его ладонь на шее становится все жестче и тверже, загнав его в угол. Тем временем, каждое дыхание кажется последним. Но он подбирает силы, вспоминая предыдущий разговор с полковником Громом, чтобы найти спасение....
Вот мы стоим с мамой и родней около его могилки. А после…
Я ощущаю легкость во всем теле и лечу.
Вижу себя на горячем песке под палящим солнцем.
Мне ужасно жарко. Во рту пересохло. Хочется пить.
С мыслью: “Я, наверное, перегрелась или получила солнечный удар!” - облизываю губы. Чувствую меня тормошат.
- Эй! Девчонка! Ты живая?! - слышу сквозь вату красивый мужской голос."
"Пытаюсь открыть глаза.
Веки словно склеились.
Все же умудряюсь их разлепить.
Передо мной мужчина. Он для меня, словно принц из сказки.
- Ты пришел меня спасти.., - шепчу, пытаясь растянуть губы в улыбке, и закрываю глаза.
- Как зовут тебя, детка? Меня Родион…
Снова приоткрываю веки, и смотрю на того, кто назвал себя Родионом. И тут…
Картинка воспоминаний резко рассыпается на пиксели, и я ощущаю, как тело Роди пробивает крупная дрожь.
По его мужественному лицу проходит судорога, и градом течет пот.
Родион руками хватается за голову, ожесточенно дергая ёжик волос.
Картина его боли дополняется громким утробным воем.
- Я не боюсь тебя, - повторяю тихо и вкрадчиво.
- Уходи! Вон отсюда! Беги, Мила! И молись, чтобы я тебя не догнал!
Глава 1
Глава 1
Мила
- Как уже надоели эти алкаши чертовы! Элка, мать твою, забери своего ебаря! Открой дверь, поэтесса хренова, - орет и колотит кулаками в нашу дверь соседка баба Нюра. - Я сейчас ментов вызову. Весь подъезд твои кобели зассали…
Я в свой комнате, закрывшись на замок, рисую картину “Весна - состояние души” на мольберте, который мне остался от отца.
Крики соседки слышу хорошо. Так же, как и…
Музыку и завывающий голос матери, декламирующей свои новые стихи своим новым слушателям.
Соседка баба Нюра их обзывает собутыльниками, алкашами и еще несколькими матерными словами.
Я их не называю никак.
В присутствии посторонних в нашей квартире, а это чаще всего мужчины, стараюсь из своей комнаты не выходить. У меня даже горшок детский для этого есть. На случай непредвиденной нужды.
Сейчас слушая бурные аплодисменты и нестройные пьяные крики “браво”, думаю о двух вещах.
Первая - хорошо, что успела взять немного еды, что осталась после вчерашнего маминого разгуляя с ее новым хахалем, которого она мне в очередной раз велела называть папой.
Вторая - славно, что мне осталось не долго жить дома. По предварительным результатам я уже принята в архитектурно-строительный колледж. Мне даже место в общежитие дадут.
И все это благодаря доброте и ходатайству моего классного руководителя Инны Владимировны.
