Автор
Когда-то правитель Круга был изгнан, а его кровь стала источником конфликта между Народами. Теперь он возвращается, чтобы вернуть былое величие, но приходится стать Владыкой Теней. Между ними борются за власть, и судьба Тысячи Братьев зависит от их борьбы за Единство и Вечность.
Раздел Chitat.online для книги «Звездная Кровь. Владыка Теней» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Когда-то правитель Круга был изгнан, а его кровь стала источником конфликта между Народами. Теперь он возвращается, чтобы вернуть былое величие, но приходится стать Владыкой Теней. Между ними борются за власть, и судьба Тысячи Братьев зависит от их борьбы за Единство и Вечность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Когда-то правитель Круга был изгнан, а его кровь стала источником конфликта между Народами. Теперь он возвращается, чтобы вернуть былое величие, но приходится стать Владыкой Теней. Между ними борются за власть, и судьба Тысячи Братьев зависит от их борьбы за Единство и Вечность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Огненный силуэт полукровки медленно поднимался из дымящегося, разваленного пополам Секатора. Ее победа многого стоила, ибо малый Червь-убийца, стойкий к оружию и Рунам, запросто мог справиться с целым копьем Восходящих послабее…
Осколок Единого не ошибся в ней.
Последний Секатор не стал ждать. С жутковатой грацией он прыгнул на стену покоев, а затем метнулся вниз, но шансов у него уже не было. Осколок Единого не зря прошел тысячи схваток и находился в полной боевой готовности, нужные Руны уже усиливали его тело.
Удар Драконьего Клинка, чье лезвие окутало Холодное Пламя, разрубил черную тварь на две неравных части, встретив в середине прыжка — а следующий отбросил шевелящиеся останки к пролому, через который проникли враги.
Но он знал, слышал, чуял, что они пришли не одни. Секаторов, убийц Восходящих, не могло быть много — они составляли гвардию Всадника и могли проникнуть в Башню-Рог только с его помощью.
А значит, Всадник тоже здесь! Пламени Подобный знал почему — один из его червивых слуг сбежал, а второй видел его, и хозяин пришел устранить внезапную проблему — снова отсечь септе голову, прикончить дерзкого выскочку-рикса, пока Каменные Луки окончательно не вырвались из рук…
— Беги, Каласса! — выдохнул он, наконец увидев, что творится в коридоре перед его покоями.
Сфера Восприятия исказилась, не в силах отразить то, что происходит внутри клубящегося, будто наполненного черной пылью тумана. Того самого, червивого, что окружал ульи Червей и защищал их воинства, уничтожая техниты Наблюдателя. Но не сам туман, хоть он и был невероятно ядовит, представлял главную опасность — а то, что его источало…
Маслянисто-черная и густая, как смола, слизь струилась по стенам, собираясь в огромную каплю, из которой вырастал силуэт, отдаленно напоминающий человеческий. В месте, где у людей находится голова, замерцали шесть желтых огней, а саму фигуру окружил дрожащий, исчезающий и вновь вспыхивающий золотой ореол.
Отрекшийся. Всадник.
Бежать было поздно. Личинка запела.
Пламени Подобный уже встречался с подобными существами. Он слышал их крики и песни, знал сводящий с ума шепот древних Великих Червей, что источала их черная кровь. Осколок Единого понимал, как сопротивляться, — и подспудно готовился к этой битве. И только поэтому ему удалось устоять перед голосом золотой мерзости, затопившим разум водопадом кошмарных видений.
Будь на месте Одного из Тысячи другой, даже сильный Восходящий… Юная личинка Вершителя едва не свела с ума Сигурда, а та, что владела Всадником, — была зрелой и опытной.
Каласса вскрикнула и рухнула на колени, а потом упала на бок, сжимая голову руками. Ее тело била дрожь, глаза закатились — ментальная песня мерзости оглушала, вливая в сознание жуткие, кипящие безумием образы.
