Одна из его главных угроз – кан–пес.
– Нас приглашали присоединиться к партии анти–Кумми? – спросил Филх.
– Не думаю, чтобы дошло до этого. Они считают, что Патруль возьмет верх. И знаете что… я думаю, именно это мы и должны были бы сделать, если бы послушались Картра… заставили бы их поверить, что у нас неповрежденный корабль и неповрежденный экипаж. Я вынужден был сказать женщине, что у нас нет власти. Но я сказал ей также, что рейнджеры держатся вместе.
– Возможно, они планируют дворцовый переворот, – пробормотал Картр.
– Хорошо. Остаемся здесь, пока не узнаем больше.
– Откуда врачу известны знаки рейнджеров? – удивлялся Рольтх.
– Если будет возможность, я спрошу у него. Он тоже предложил нам ждать и держать глаза открытыми, а рот закрытым.
– И не только глаза… – Зинга прижал голову к поверхности двери. – Кан– пес подслушивает. А ну быстро думайте о чем–нибудь хорошем… для него!
9. КАРТЫ РАСКРЫВАЮТСЯ
– Нажимаешь эту маленькую кнопку… и … Прекрасно, не правда ли? Картр согласился с закатанином.
Вода, настоящая чистая свежая вода забила из крана, вмонтированного в голову чудовища, и потекла в бассейн. Он был достаточно велик, чтобы вместить Картра.
– Попробуй! – настаивал Зинга. – Я уже дважды выкупался. И хуже мне от этого не стало. – Он медленно повернулся, сгибая мышцы, и улыбнулся. Рольтх прислонился к двери и подозрительно смотрел на воду.
– Могут ли наши друзья внизу прекратить доступ воды, если захотят?"
"– Трубы проходят в стенах. Если они их закроют, то, вероятно, лишат воды и себя.
К тому же, если в их планы входит осада, мы будем дураками, если засидимся здесь больше, чем нужно, чтобы спуститься по внешней стене. Не порть другим удовольствие, – закончил он. – Или тебе нравится ходить грязным? Картр разделся. В мешке у него была смена чистого белья, и он с наслаждением подумал, как наденет его.
– Интересно, на кого они были похожи… – Он пальцем почти коснулся воды. Гораздо приятнее, чем в горных ручьях.
– Кто? А, ты имеешь в виду создателей этого замечательного места? Ну, – Зинга указал на зеркальные стены, – они не стыдились посмотреть на себя.
Интересно, отражались ли в этих заркалах такие уродливые купальщики?.. Картр рассмеялся и плеснул водой в закатанина. «Говори только о себе, Зинга. Мое лицо не испугает детей…» Правда ли это, вдруг подумал он и впервые критически взглянул на свое отображение в зеркале, шедшем вдоль всей стены вокруг бассейна. Темно–коричневый космический загар выдавал его занятие.