Автор
В тысячей человеком легионе мудрец решил отправиться на край света. За тысячу лет никто не вернулся, растворившись в чужой стране. Оставшиеся выстроились в кольцо у страшной палатки вождя кочевников, ожидая битвы за каждый миг жизни.
Конечно, волосы выглядели странно. Но чередование светло–желтых и ярко–рыжих прядей было совершенно естественно для уроженца Илен. Два глаза, зеленых, слегка раскосых, прямой нос, уверенно очерченный рот – все нормально для человека.
– Слишком мелкие зубы… Картр вспыхнул и увидел, как краска ползет по щекам. – Чтоб тебя разорвало, Зинга! Не можешь оставить в покое мысли человека?
– Восхищающегося собой? Но насчет зубов я не согласен… Большие зубы считаются у нас признаком красоты, ты знаешь… Зинга, оскалив зубы, стоял перед зеркалом.
– Красота во взгляде зрителя и обусловлена воспитанием, – объявил фальтхарианин. – У народа Картра двуцветные волосы – и таков их идеал красоты. Моя раса – он снимал шлем и тунику, продолжая говорить, – характеризуется белой кожей, белыми волосами, бледными глазами. Для нас эти качества необходимы, чтобы считаться красивыми.
– О, у вас всех есть чем ответить на вздохи девушек, – донесся из соседнего помещения голос Филха. – Почему бы не закончить это абсурдное плескание и не поесть? Такая глупая трата времени… Но Картр отказался торопиться, и Рольтх так же искренне наслаждался открытием Зинги. Одевшись, они увидели в соседней комнате Филха. Он сидел на подоконнике открытого окна и обменивался криками с несколькими большими птицами.
– Опять сплетничает, – заметил Зинга. – А где же пища, которую нам так необходимо съесть? Ставлю два кредита, что он скормил ее своим друзьям!
– Вы этого заслуживаете.
– Сейчас все пойдет обратно. – Зинга естественно рыгнул, проглотив последний кусок. – Филх не стал бы отдавать это в отбросы: он слишком любит птиц, а это убило бы их…
– Что мы здесь делаем? – Птицы с шумом улетели, а Филх спрыгнул на пол и закрыл окно.
– Не беспокойся. Мы скоро покинем его. Давайте спустимся, согласимся поохотиться, как послушные рейнджеры, а потом уйдем – и не вернемся. Картр посмотрел вверх. Он вполне понимал Зингу и хотел последовать его предложению. И он разделял мнение Филха, что это мертвое место, возвращенное к неестественной жизни.
