Автор
Халифа вышла из своего кабинета на космической станции Остра, закрыв дверь на замок и активировав защиту. Она пошла в общий зал, чтобы проверить работу роботов и готовность помещений для приема гостей, которые ожидали закрытые торги через два дня. Здесь царит строгость и тайна — идеальное место для приключений....
– Выплюнул я.
Злость и страх смешались в груди.
- Нет. – Игриво махнула рукой богиня. – Это было бы неинтересно. София очнется и попробует бежать. До спасения останется всего несколько метров. Вы же помните, что миданцев не пускают леса Кадора? Помните. София не добежит всего пару метров. Ее тело найдут на рассвете.
Она говорила, а на меня накатывало отчаяние. Раз за разом пытался вырваться из этой иллюзии. Убегающее время стало как будто осязаемым.
- Отпусти нас. – Попросил Зверь.
- Вот мы и перешли к самому интересному.
Посмотрел на собственного Зверя. Тот отвел глаза в сторону.
- Первого короля Ниракара звали Лимерлан. Мой великий сын. А твой предок, Бесплотный, носил имя Белерек. На заре времен он просил у меня приюта и спасения для остатков своего народа. Когда мир Бесплотных был уничтожен, я пустила их на Ниракар, в надежде, что сила Бесплотных спасет каранитов от вымирания. Так и получилось.
- Нет! – Ответил я, не дожидаясь реакции зверя.
- Глупый принц! – Хохотнула богиня. – Конечно могу. Миры живут и развиваются вне зависимости воли их создателей. Разве я одна могу вершить судьбы бесконечных жителей космоса? Нет!
Богиня оттолкнулась от земли и снова оказалась на ветке."
"- София уже в каре.
- О чем она говорит? – Спросил у Зверя.
Тот тяжело выдохнул. Глаза Зверя потемнели, ко мне потянулись едва заметные щупальца тумана.
Странница
Айда еще несколько минут издалека наблюдала за каранитом и его Зверем. Богине хотелось лично убедиться, что все идет по плану, но в этот раз такой роскоши она позволить себе не могла.
Глава 42.
София
Приходила в себя тяжело. Голова болела так, как будто я получила по голове, а до этого пару часов разминалась не самым качественным алкоголем в дешевом баре. Хотелось пить, блевать и снова потерять сознание, чтобы наконец-то перестать мучиться. Сознание теряться никак не хотело.
