Реакцию, которую она была бессильна сдержать под напором его страстной атаки. Его губы скользили по ее шее, в то время как пальцы мимолетно касались сосков, уже ставших похожими на твердые бутоны. Его ладони и пальцы бродили по ее телу, словно изучая. Зубы покусывали. Руки ласкали. Губы завораживали…
Он возбудил ее до грани безумия, но все продолжал свои ласки, несмотря на ее протесты. Его жаркий рот прокладывал свой чувственный, волнующий след вниз к ямке пупка и еще ниже.
Внезапно сквозь туман страсти пробилась мысль, что он сейчас сделает. Она испугалась. Это было чересчур интимно. К этому она не была готова. Дина попыталась скатиться с постели.
— Нет, ты не можешь!
Он решительно вернул ее назад.
— Разумеется, могу. — Его теплое дыхание легко щекотало внутреннюю сторону ее бедер.
— Я хочу сказать, ты не д-должен! — взвизгнула она, когда его жгучий язык коснулся кожи под коленом, и снова попыталась удрать.
— А я-то думал, что ты научишь меня чему-нибудь новенькому.
Он сладострастно улыбнулся и снова подтащил ее к себе. Сильные ладони легли на ее колени, решительно развели их и так застыли, раскрыв ему ее всю целиком.
— Лорджин, п-прошу тебя!
Глаза его метнулись вверх, пронзив ее острым взглядом.
— Что могу я сделать для тебя, Адианн? — Это был вопрос, на который он не ждал ответа. — Ты твердишь о возвращении в этот свой мир. — Он замолчал, намеренно выдерживая паузу. — Будет правильно, чтобы я убедил тебя в обратном. Я не думаю, что у тебя останутся сомнения… — И, пристально поглядев на нее, добавил: — В ближайшем будущем.
Сказав это, он опустил голову между ее ног. Дина рыдала, умоляла, повизгивала, кричала в голос.
Он не останавливался. Он любил ее своим ртом каким-то абсолютно опьяняющим образом. Первое приксновение его горячего языка чуть не заставил ее скатиться с постели. Но это было лишь начало. Его язык ласкал ее, его губы целовали ее, а зубы слегка покусывали. И все это время по ней пробегали электрические волны желания. Обжигающая, сотрясающая все тело дрожь прокатывалась по ней, а он продолжал свою атаку, свое покоряющее, обвальное, колеблющее небо и землю нападение. При этом ее собственное трепетное содрогание возвращалось к нему и усиливало его пылкое рвение, побуждая к подъему на новые высоты пламенного обладания.
Когда пришел миг ее освобождения, она кричала от наслаждения, а он наблюдал за ней лихорадочно сверкавшим от возбуждения взглядом.
— Мне нравится убеждать тебя, Адианн.