Покачав головой, Дина пробормотала:
— Странно, очень странно.
Они вошли в огромный холл. Дина мельком заметила большие пустые пространства, множество великолепных гобеленов и цветастых ковров, но ее быстро ввели в какую-то комнату, похожую на гостиную.
У окна стоял высокий мужчина, который, когда они вошли, быстро обернулся. Дина сразу поняла, что это Крю, потому что он выглядел, как постаревший Лорджин. У него были золотые волосы, слегка серебрившиеся у висков. Он был еще в расцвете лет и излучал жизненную силу и уверенность.
Когда путники приблизились к нему, Дина увидела, что Риджар много унаследовал от своего отца. Однако его земная чувственность явно шла от матери.
Затем она увидела, что в углу стоит Янифф с неизменным Боджо на плече. Она тепло улыбнулась ему, поняв, что соскучилась по доброму старому волхву.
Держа Дину за руку, Лорджин сделал шаг вперед. Внезапно он опустился перед Крю на одно колено и потянул ее за собой вниз. Вытащив из-за пояса сирикс, он передал его Дине.
— Отец, я продолжаю твой род. Примешь ли ты мое приношение? — Повернув голову к Дине, он прошептал: — Передай ему сирикс, Адианн.
Дина колебалась. Она вовсе не была уверена, что хочет это сделать. Это будет обманом. Может, ей следует попытаться объяснить Крю то, что отказывался признать Лорджин: он ошибся, нашел не ту женщину.
Однако, открыв рот, чтобы сказать все это, она уголком глаза заметила Яниффа. Он качал головой, словно отговаривал ее. Было очевидно, что он прочел ее мысли и не счел их разумными. Она уже достаточно насмотрелась на старого волхва и научилась ценить его мнение. Бережно подала она кинжал Крю, который пристально разглядывал ее такими же фиалковыми, как у сына, глазами.
Когда он принял сирикс из рук Дины, она услышала, как выдохнул Лорджин, и поняла, что он стоял затаив дыхание.
— Я принимаю твое приношение, сын мой. Ты делаешь честь моему роду и своему имени. — И он вернул кинжал Лорджину.
Лорджин встал и помог подняться Дине.
— Отец, я представляю тебе Адианн.
Крю повернулся к ней и удивил ее, тут же заключив в медвежьи объятия.
— Добро пожаловать, дочь. Долго ждал я этого дня. Твое присутствие — подарок нашему дому. — Он указал на жену: — Это твоя мать, Сулейла.
Само ее присутствие — подарок их дому? Ну и ну! Эти авиарцы умеют красиво сказать. Не говоря уже о том, как они умеют зубы заговаривать.