– Давай попытаюсь?
– Я… – это было единственное слово, которое она смогла вымучить, а потом в горле пересохло и голос пропал.
Фитц ухмыльнулся.
– Может, так будет даже легче. Тебе не придется ничего говорить – если я угадаю, конечно.
Легче.
Сложнее.
Или, может, кошмарнее…
Софи сглотнула, пытаясь проглотить ком, вставший в горле, – но голос все равно отказывался работать.
Может, Фитц заметил панику в ее глазах.
Или действительно угадал секрет.
Как бы то ни было, он попятился.
– Прости. Нечестно тебя торопить, особенно после всего, что случилось за день.
– Ага, – пробормотала она, протискиваясь мимо него и пытаясь не задумываться, отвергли ли ее только что, – сейчас было не время отвлекаться на эгоистичные мысли.
Но глаза все равно щипало, а на сердце засела тяжесть.
– Эй, – сказал Фитц, догоняя ее у двери в комнату. – Я что-то не то сказал? Кажется, да – но я не хотел, клянусь.
Софи огляделась, пытаясь найти какую-нибудь другую тему для разговора. И именно тогда заметила раздавленные цветы на ковре.
– Это ведь?.. – спросил Фитц.
– Следы, – шепнула она.
Идущие от раскрытого окна.
Софи попятилась от двери прочь, прижимаясь к стене, чтобы скрыться из вида, и жалея, что рядом нет Сандора, который мог бы ворваться в комнату со смертоносным мечом наголо.
А раз они были одни, она вытянула сознание в поисках ближайших мыслей.
– Я не чувствую никого поблизости, а ты?
– Нет, все тихо, – шепнул Фитц.
Даже слишком тихо – но это могла быть просто паранойя. Софи чувствовала, как страх стягивает узел в груди, и медленно задышала, чтобы взять себя в руки.
– Погоди, куда ты? – удивился Фитц, когда она расправила плечи и направилась прямиком в комнату.
– Как еще нам узнать, зачем они приходили? – спросила она, гордясь своим ровным голосом.
Все лежало на своих местах. Ящики стола были плотно закрыты. Одежда висела в шкафу нетронутой. Проследовав за отпечатками до постели, Софи внимательнее пригляделась к подушке и судорожно ахнула.
– Я так понимаю, это дело рук Кифа, – заметил Фитц, когда она подняла темно-синюю бусину.
Софи кивнула, скользя пальцами по серебряному лунному жаворонку, изображенному в мельчайших подробностях.
Кто еще мог так искусно его нарисовать?
А глаз птички поблескивал временным кристаллом для прыжков.
Если у Софи и оставались сомнения насчет намерений Кифа, они пропали, когда она заметила два крохотных слова, написанных на крыльях.
«Нужно увидеться».
Глава 38
– Я пойду, – произнесла Софи в ту же секунду, как Фитц спросил:
– А вдруг это ловушка?
– Это не ловушка, Кифу пришлось сильно рискнуть, чтобы прийти сюда и оставить бусину. – Софи покатала ее по ладони, ощущая прохладную тяжесть."
"– «Незримые» могли его заставить, – возразил Фитц.