По крайней мере, я бы точно прониклась. Вот только Теарин получила свою таэрран ни за что, а Ярлис получит за дело.
Ситуация с Мелорой и равенством голосов повторилась, разве что сейчас последним говорил правящий Ортахарны. Который с чувством собственной значимости выдержал драматическую паузу (за что мне снова захотелось приложить его головой о стол) и произнес:
Ему жена сегодня ночью не дала, что ли?!
— Благодарю, — спокойно произнес Рэйнар. — Принимая во внимание ваши заявления и все обстоятельства, которые мной были изучены и тщательно взвешены, обозначаю приговор для местрель Ярлис. Смертная казнь.
Я покосилась на Мирис, словно она могла опровергнуть то, что сказал Рэйнар, но Мирис, кажется, была близка к обмороку. Взгляд метнулся к Мелоре, которая побелела еще сильнее, затем к ее отцу. Она смотрела на него, но он на нее не смотрел. Ни слова не произнес даже. Тут вообще никто ни слова не произнес, признавая право сильнейшего, то есть решение Рэйнара.
Они что, все со скалы попадали, что ли?!
— Перейдем к вопросам компенсации для эссы Ладэ и эссы Хайм…
Я попыталась поймать Рэйнаров взгляд, но он, походу, присоединился к команде Гроу, то есть на меня не смотрел.
— Эссе Хайм назначается…
Я пропустила часть фразы, потому что снова уставилась на Мелору. На отца она больше не смотрела, я вообще не уверена, что она куда-то смотрела, потому что ее трясло. Наверное, именно в эту минуту я поняла, что это не прикол. Что все это закончится здесь и сейчас, то есть… нет, они же не прибьют ее прямо здесь, но…
— …Вам есть что сказать?
— Нет, местр Халлоран. — Сдавленный шепот Мирис напоминал писк.
— Компенсация для эссы Ладэ.
Вот теперь ему пришлось на меня посмотреть, и я поняла, в очередной раз за все это время, что да. Это правда.
Мелору действительно казнят.
— …перевод осуществляется в течение двух часов после закрытия настоящего заседания. Вам есть что сказать, эсса Ладэ?
Я эти слова слышала раз десять от Леоны, когда мы репетировали. Вот только сейчас мой голос прозвучал гораздо глуше и ниже, чем я рассчитывала.
— Да, местр Халлоран. — Мне пришлось сделать глубокий вдох прежде, чем я поднялась. — Я прошу вашего разрешения обратиться к Совету.
— Разрешаю, эсса Ладэ.
На подиум я поднялась, чувствуя, что меня колотит. Сейчас мне потребовались все силы, чтобы не хлопнуться в обморок.
Ильеррская, напомнила я себе.
— Добрый день. — Мой голос звучал абсолютно спокойно, поэтому казался мне чужим.
