Ещё раз окинув взглядом вешалки с ночными нарядами, я тяжело вдохнула. В остальном вряд ли буду выглядеть скромнее. Стараясь изобразить равнодушие, я спокойно вышла из гардероба, направляясь к кровати.
Мужчины, до этого тихо о чём-то беседовавшие между собой, смолкли, провожая меня взглядом.
– Спокойной ночи, – громко сказала я, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Маловероятно, что спокойной, – с шумным вздохом сказал Тайлиэль, и в этот раз его никто не одёрнул.
Мужчины ещё некоторое время ворочались, а потом мерно засопели, а мне сон никак не шёл. Шиншик и Рон снова куда-то исчезли. Раньше я всегда успокаивалась, поглаживая бархатистую шёрстку своего друга, но сегодня мой личный антидепрессант отсутствовал.
Глубоко вздохнув, я в сотый раз перевернулась, пытаясь наиболее удобно устроиться на огромной постели.
– Иди сюда, – тихо сказал Дерек, подгребая меня к себе под бок. – Не спится? – шёпотом спросил он, покрывая поцелуями мою шею, пока сильные ладони мяли чувствительные полушария груди.
– Что ты делаешь? – шёпотом спросила я, неожиданно остро реагируя на ласку.
– Помогаю тебе расслабиться, – покусывая мочку уха, сказал Дер.
Его длинные пальцы перекатывали мой затвердевший сосок, разгоняя по телу колкие мурашки возбуждения. Через невесомую ткань сорочки я остро чувствовала упирающийся в ягодицы напряжённый ствол мужа.
«Интересно. Он что, не надел белья?» – подумала я, разворачиваясь с явным намерением это выяснить.
Скользнув рукой ниже крепкой груди, не удержавшись, погладила рельефный пресс, опуская руку на обнажённый член мужа.
– Ты с ума меня сводишь, – тихо простонал Дер, накрывая мои губы жадным, страстным поцелуем.
Я была не против дальнейшего развития событий, но не здесь же!
– Дер, пойдём к тебе, – попросила я в перерывах между страстными ласками.
– Зачем? Они спят, – заверил меня муж, сводя с ума своими действиями.
Можно было, конечно, изменить радиус полога тишины, но мне сейчас было не до работы с амулетами, а кроме того, мысль, что нас могут услышать, придавала ситуации некоторой пикантности. Мы шумно дышали, но сдерживали стоны.
Почувствовав проникновение, я едва сдержалась, прикусывая губу, а Дерек тихонько застонал. Его глубокие сильные толчки сводили меня с ума, заставляя открывать рот в беззвучном крике, осторожно прикусывать мускулистое плечо, закрывать ладонями наши губы, чтобы не разбудить ещё троих мужчин в комнате.
Было так сладко, умопомрачительно, немного стыдно и запретно, но от того только более ярко.