Он почти ощущает ее гнилой запах.
Этот звук – снова лифт! Блейк попытался сесть. Стены шатались. Он вцепился в ткань дивана. И потерял сознание.
Пришел он в себя в постели, чувствуя голод и странное возбуждение. Откуда-то доносились голоса. Он встал. Двери в коридор были открыты, и он без всякого стыда начал подслушивать.
– ., опросили весь город, вверху, внизу и по сторонам. Он говорит правду. Приемный ребенок Уокеров. Найден в переулке двумя копами…, вся эта фантастическая история. О нем хорошо отзываются, но, по-видимому, близких друзей у него нет. -Это, несомненно, голос Хойта.
– Найден в переулке… – Голос Сакстона казался задумчивым. – Интересно. Да, очень интересно.
– Признаки подмены, стирания, наложения ложной памяти? – резко спросил Киттсон.
– Ни у кого из встреченных не заметил. Не вижу, как он может быть подставкой…
– Не подставкой, нет. – Это опять Сакстон. – Но чем-то еще. Мы всего не знаем. Нет близких друзей. Если то, что мы подозреваем, правда, это неизбежно. И данные селектора указывают на то же. Мы не можем занимать позицию «не знаю, кто там против меня». К тому же он помог Марку в «Шелбурне».
– Как ты его оцениваешь, Джес? – спросил Эрскин.
– Латентный пси, конечно. Это его тревожит, что вполне естественно. Ум и еще что-то, для чего я не могу подобрать определения. Что ты с ним собираешься делать, Марк?
– Хотел бы я знать, что произошло здесь сегодня днем. – Это опять Эрскин. – Он был без сознания, когда мы его нашли. Нам вдвоем пришлось относить его в постель.
– А что произойдет, если пси с таким типом преграды, которым от природы обладает этот парень, встретится с мозговым зондированием? – холодным сухим голосом спросил Киттсон.
– Но это значит!… – В голосе Сакстона звучал резкий протест.
– Несомненно. И пора подумать о Прандже, который на это способен. Как только молодой человек придет в себя, я хочу задать ему несколько вопросов. Ему дали успокоительное?
– Третьей степени, – ответил Сакстон. – Я не уверен, какова реакция его расы. Я не уверен даже относительно его расы. – Последняя фраза прозвучала, словно мысль, произнесенная вслух.
Блейк вошел в комнату. Все четверо без удивления посмотрели на него.
– Что вы хотите у меня спросить? – обратился он к Киттсону.
– Что произошло сегодня днем?
Тщательно подбирая слова, стараясь подавить эмоции, Блейк рассказал о происшествии. Его слушали без недоверия. Его воинственность слегка утихла. Неужели они привыкли к таким нападениям? Но если так, кто они такие, эти четверо охотников?
– Мозговое зондирование. – Голос Киттсона звучал уверенно. – Вы уверены, что он физически не входил в кабинет?
– Насколько можно быть уверенным, не видя его.