Он был ошеломлен, но действовал автоматически, как хорошо обученный воин. Плечи его напряглись, он дернулся, и Кинкар, к собственному изумлению, оказался на земле, а противник склонился к нему с ножом, покрытым кровью суарда и нацеленным ему в горло.
– Лежи спокойно, низинная крыса, – говорил он с необычным акцентом, но Кинкар понимал его, – или у тебя будут два рта, второй я сделаю сам.
– Какая громкая речь, вор чужого мяса! – Кинкар ответил со всем достоинством, какое мог проявить в своей позе. – Ты разве не знаешь, что только охотник должен свежевать свою добычу?
– Твою добычу? – Карлик рассмеялся. – Покажи мне рану, которая вызвала смерть, мой смелый охотник, и я отдам тебе мясо.
– Можно убивать не только мечом или копьем. Карлик оскалил зубы и зарычал, чуть отодвинувшись.
– Да, житель низин. – Теперь он говорил негромко, почти ласково. – Есть такие способы убийства. Но у вашего брата их нет, только «боги» так убивают. – Произнеся слово «боги», он плюнул, как плюет человек после имени своего кровного врага. – Ни один «бог» не отдаст рабу свою палку власти! Ты разбойник, за которого назначена цена. И тебя используют для развлечения «богов» в их проклятых играх.
На Горте, знакомом Кинкару с рождения, тоже есть разбойники. Он может принять идею, что и здесь живут такие люди. Но вот эти «боги» – нечто совершенно новое. Однако прежде всего нужно спастись от ножа. Прием, примененный карликом, вызывает опасливое уважение.
– Я не разбойник. Я охотник. Мой морд обнаружил суардов на их охотничьей территории. Одного убил, второго я убил, когда он бежал. Если тебе нужно доказательство, загляни за те кусты и увидишь мясо, подготовленное к переносу. Или еще лучше… – он свистнул, и лезвие тут же коснулось его кожи.
– Я тебя предупреждал, – начал карлик, и в этот момент на него обрушилась Воркен. Только мех головного убора спас его лицо. Морд вцепился когтями ему в куртку и бил крыльями по голове. Кинкар откатился и вскочил на ноги. Только потом отозвал он Воркен от жертвы. И в его руке теперь было смертоносное оружие звездных повелителей.
Воркен взлетела на ветку дерева, не отрывая гневного взгляда красных глаз от карлика. Но тот не поднимался с земли, смотрел на оружие, которое нацелил на него Кинкар. И выражение у него было как у человека перед лицом неминуемой смерти.
– Кто ты, с телом раба, но со смертельным оружием «бога»? – спросил он. – Зачем ты пришел в эти холмы?
Теперь, захватив пленника, Кинкар не знал, что с ним делать. Привести его в крепость, чтобы он увидел, как их мало, как многого им недостает, глупо. С другой стороны, отпустить его на свободу, чтобы он мог поднять свое племя, еще большая глупость. Но убить только потому, что это целесообразно, – нет, на такое Кинкар не способен.