Возвращение было тяжелым процессом, но когда Конгрегации вновь обрело осязаемость, стало ясно, что мир вокруг изменился. Отчетливая картинка привязала его к реальности, и он начал осознавать, какую пустоту причинил себе самолюбие и зависть.
Похоже, «Дядя самых честных правил 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Уже пяток простых Знаков освоили. Не все, конечно, только у семерых нашлась способность видеть эфир, вот их и учу.
— Отличная новость!"
"Кивнув, я не стал ему рассказывать, что видеть эфир могут все. Просто с остальными ему стоило повозиться чуть дольше. Но сейчас этого и не требовалось — столько деланных магов мне пока пристроить некуда.
— Вы сейчас их посмотреть хотите? Вызвать моих умниц с урока?
— Сделаем по-другому. Сейчас отправимся в класс, и я попробую их опознать.
— Сами? А что, это будет интересно.
— Тогда идёмте.
* * *Ученики в школе были разбиты на два класса по возрастам: младшие и старшие. Занимались они чередуясь по дням, кроме воскресенья. Три дня в неделю не слишком много, но результат выходил замечательный: дети впитывали знания как губка. По словам Лаврентия Палыча, их родители тоже были довольны, что рабочие руки не отрывают от хозяйства полностью, и не настраивали детей против школы.
Сегодня был день старших детей. Стоило войти в классную комнату, как на меня уставились сорок пар глаз парней и девушек лет от тринадцати до пятнадцати.
Аполлинарий Крисанфович совершенно не удивился визиту. Он дал рукой команду встать.
— Здравствуйте, Константин Платонович! — раздался нестройный хор детских голосов.
— Здравствуйте, — я кивнул, — Аполлинарий Крисанфович, я хочу посмотреть, как проходит урок.
— Конечно, Константин Платонович.
Я отказался пройти за учительский стол, а вместо этого сел на последнюю парту в конце класса. Таня, Сашка и Разумник остались у дверей, сложив руки на груди и наблюдая.
Дети пытались оборачиваться в мою сторону, но Аполлинарий быстро восстановил дисциплину и продолжил урок.
— Черницын, развернись, я здесь. Итак, мы остановились…
Только один лопоухий орчонок хулиганистого вида так и зыркал на меня жёлтыми глазами. Хитро щурясь, будто задумывая какую-то шалость.
Незаметно я достал из кобуры small wand. В воздухе перед собой начертил эфиром неприличное слово и лёгким толчком отправил невесомое плетение в сторону чёрной доски, исписанной мелом.
Рисунок, абсолютно безопасный в магическом плане, но невидимый обычному глазу, повис рядом с учителем. По классу прокатились редкие смешки, некоторые из девочек стыдливо отвернулись, а хулиган громко фыркнул и с восторгом покосился на меня.
