В зале священников и придворных царила напряженная тишина, в то время как я стояла на алтаре. Мое волнение сменилось тревогой, когда я поняла, что моего избранника не будет на церемонии — он болен и не сможет принять наследие своего королевства. Это оказалась последней каплей для меня: мне предстоит сама стать новой императрицей, независимо от семейного горя....
Видя в каком состоянии по вине Филиппа находилась моя любимая, я хотел лично его придушить.
— Вот же интриганка. Всех клятвами повязала. Умеют некоторые использовать слабости диалов в своих целях! — Ланс к нам присоединился, на нем живого места не было. Если кого и приложило валуном по полной, то это его.
— Я уж думал, ты отправился к Пресветлым вслед за ней. — Генерал совершенно по-дружески похлопал его по плечу, а правителя зашатало так, что он едва удержался на ногах.
— Ты бы точно отправился, если бы жизнь мне не спас… дважды.
— Люций.
Я вздрогнул, когда понял, что Дафна взяла меня за руку и теперь стояла рядом, умоляюще смотря и робко закусывая губки.
Филипп тем временем упал на каменный пол, обнял себя за плечи и свернулся калачиком. Нужно было либо решить вопрос раз и навсегда, либо…
— Дуэйн, берит есть? — спросил я, понимая, что просто не смогу убить каменного на глазах у неё.
У меня ноги стали словно ватные, только оттого, что она вот так смотрела. Воистину любовь — зло. Но как же я рад, что она есть в моей жизни.
— Да, пара камней. Лови! — Брат подкинул их мне.
Я поймал одной рукой, не глядя, и тут же поглотил всё, что в них было. Мало. Этого было очень мало, но, судя по состоянию Филиппа, действовать нужно срочно.
— Заберёшь во Фракию, значит? — уточнил я у генерала, на что тот утвердительно кивнул.
Никто перечить не стал. А если бы стали, Дуэйн выпроводил бы их сам. Уже через пару минут мы остались только втроём. Высвободил руку из тоненьких пальчиков принцессы и сделал пару уверенных шагов к каменному. Пришлось сесть возле него на колени и поднять с пола, прислонившись своим лбом к его.
— Я могу помочь? — тихо спросила принцесса, боясь помешать.
— Просто будь рядом, — ответил я уверенно и хотел уже приступить, но не выдержал, повернулся к ней, улыбнулся и добавил: — Всегда.
Её реакции не дождался, погрузился в сознание Филиппа. Если ему хорошо удавалось ломать то, что уже есть, то мне приходилось заменять и создавать новое. Другую правду для него. Чем сильнее тот, чью истину нужно править, тем труднее это сделать. Мне повезло, так как каменный потратил довольно много магии и пребывал сейчас в состоянии полной безнадёги. Случившееся сломало его самого.
