После обеденной остановки в городке Седлец колонна продолжила путь. При переезде через неглубокую речку с артиллерийского передка соскочило колесо, и повозку с прицепленным к нему орудием развернуло поперёк брода. Идущая следом лекарская фура попыталась было обойти застрявший передок стороной, но тоже встала, и образовался затор.
— Не ждите! — крикнул толпящимся на той стороне реки обозным Рогозин. — Проедете вёрст десять — и дальше уже на ночлег возле самой дороги устраивайтесь. Починим передок, фуру вытащим и как раз к горячему поспеем.
Я с ними тут пока побуду.
Оставив дюжину конных егерей, обоз покатил на запад, а на речном переезде в это время царила суета. Пятёрка здоровяков канониров во главе с Уфимцевым подсунула под ось передка срубленные толстые жерди и немного его приподняла. Помощники из обозных навесили на ось колесо и теперь крепили его шпильками. Как обычно, там, где сгрудилось много служилого народа, нашлись среди него шибко умные, которые любят всех поучать и бранить.
Это вносило ещё большую суету в общее дело. Слышались крики, ругань и команды, стукал обухом по железу топор, ржали кони — было весело. Каким-то чудом колесо всё-таки закрепили на оси, лошади и егеря поднатужились и выкатили передок с орудием на берег. Пришёл черёд заняться и фурой. Тут тоже пришлось немного помаяться, но наконец, и она, под дружное уханье с перебранкой, развернулась и преодолела злосчастный брод. Следом проехали и все остальные повозки лазарета.
— Лежи! А то вставать он хотел! — крикнул Никифорович, настёгивая лошадь.
— Вот поправишься, тогда и бегай, сколько хочешь, а пока не моги! Господин врач или лекаря ежели увидят, что ты с места сошёл, всем тогда на орехи достанется!
Федот вздохнул и откинулся на подстилку из сена. Лежащий рядом Клим выглядывал в это время в прореху на парусине.
— Кажись, Александр Павлович привал объявил, — пробормотал он. — Ну точно. Охрана вон с коней спешилась и, видно, за хворостом в лес подалась. Ага, значится, костёр разжигать хотят, видать, одёжу просушить решили.
И правильно, все ведь до нитки на переезде вымокли."
"На приречной полянке в это время действительно устраивали привал. Забивались колья у будущих костровищ, выпрягались из повозок и стреножились кони. Фузеи, как и положено на стоянках, с надетыми на них штыками выставлялись в пирамиды. Двое обозных вытащили из фур большие медные котлы и поспешили с ними к реке. Вдруг раскатисто громыхнул выстрел.
