В дали стучало оружье, а воздух наполнялся тревожным шепотом. Стоявшие рядом казаки смотрели на БТР с неумолимой решимостью в глазах — Ограбление века начинается, и приходит Лесник! Весь лес вокруг дрожал от внезапной тишины, словно предчувствуя страшную мистическую силу....
— О! Вэй! Какая радость. Это Бэрримор! Как же хорошо, что я тебя застыл. Не надеялся, знаешь ли. Вы живы-целы-здоровы?
— Все до одного, — кивнул я и закрыв трубку произнёс: «Бэрримор».
— Тогда пожалуйте ко мне. Я вам подарочек приготовил, — загадочно сообщил продавец из «Дохлого нолда».
— Можно без сюрпризов? А то в последнее время они уже ужас как надоели. Что за подарочек?
— Ваша хреновина для активации техники внешников! Она ещё нужна вам?
— Вот это да, конечно.
— Поймалась Жизель. Я её хорошо запомнил по первому визиту, а вот она подумала, что нимфа стёрла мне память! Представляешь? Она принесла сдавать мне вашу штуковину, которую я же сам и видел у тебя. Нонсенс! Хотела за неё белую жемчужину! — в трубке послышался громкий смех и чьё-то нытьё. — Охрана задержала её, но я пока молчу с кем она водит дружбу. Жду вас.
— Выезжаем, — я положил трубку на рычаг телефона.
— Вот же дура! — такое известие вызвало бурный смех.
Все сразу расхотели мыться и даже бриться. Уселись в броневик и укатили к Бэрримору. Он держал её в подсобке в наручниках. Рядом с Жизель стоял здоровенный амбал, один из которых Бэрримор нанял защищать свой магазин. Что они могли сделать Иштар кроме как упасть на карачки и заскулить, я не знал.
— Уважаемый Лесник, я хочу вам напомнить о тех вещах, что они украли у меня! — срывающимся от возбуждения голосом напомнила Бэрримор. — Вот списочек, если вы вдруг потеряли прежний. И те вещицы, что вы брали для выполнения задания неплохо бы вернуть.
— Мы вернём украденное, — пожал я руку продавцу. — Как накроем их гнездо. И Бэррик, неужели мы не заслужили награду? Щит и наручи останутся у нас!
— Бэррик, нормальный расклад. Братки в девяностых вообще половину за возврат забирали. Я из неё всё вытряхну к вечеру, — похлопал по спине Бэрримора папаша Кац.
— Хотелось бы верить, — преданно посмотрел на него старый продавец.
