В холодных закутках Пудожа, где земля словно замерла за века, Антон чувствовал себя джентльменом времен Петра Первого. Но каждое его шаговое согревание только приближало невероятное испытание — переход в новую реальность, где он снова станет царем, но уже в мире бесконечных возможностей и тайн....
После чего сел рядом с ними.
— Ну все. Теперь я тут, — улыбнулся он, хотя было заметно, как ему не по себе.
Не каждый день увидишь сильнейшего мага и бывшего царя Российской империи в таком плачевном состоянии. Так еще и я едва держался, чтобы не показывать усталость мальчику.
В зияющую дыру проникал холодный ветер, неприятно скользил по ногам и пробирался под одежду. Кожа покрылась мурашками, зубы начали отбивать неслабую такую чечетку.
— Ох, голова содовая, — всплеснула руками Маруся, которая тоже находилась тут и старалась разгрести завалы.
Она куда-то выбежала и уже через пару минут вернулась с четырьмя зимними куртками."
"— Боря, помоги, — попросила она, отдавая ему одну шубу. — И сам надень.
Нас укутали и стало чуть комфортнее.
Мы с Лорой вернулись во внутреннее хранилище. За это время мы получили достаточно информации, так что можно делать прогнозы.
Я еще находился в хранилище, наблюдая за последними потоками энергии, когда в апартаменты вернулись Ольга и Есенин.
Дверь приоткрылась, в комнату первой вошла Ольга, вымазанная в черной маслянистой жиже.
— Ольга… — Маруся поднялась с места. — Да вы ж в чем-то… липком… Может, вы…
— Не надо, — оборвала она. — Сначала дождемся конца. Потом и душ, и новые платья.
Князь Есенин устало кивнул. Плечи его поникли, но глаза оставались в фокусе.
Я и Лора молча переглянулись.
— Скоро конец, — сказала она, наблюдая за замедляющимися волнами энергии между младшим Есениным и Романовым. — Пустота и Голод… они почти поглотили друг друга.
— Но они не стабилизировались, — заметил я. — Это не поглощение. Это аннигиляция. Мне кажется, или они поняли, что не смогут справиться друг с другом и теперь пытаются просто уничтожить соперника?
— Ага! Лопнут как пузырь! И тот, и другой.
Я стиснул зубы. Ситуация была критической.
— Все, вон из комнаты! — крикнул я. — Нет, из здания!
Первой дернулась Маруся. Она без лишних слов подхватила Бориса под руки и помчалась на выход.
— А вы чего встали? Хотите помереть раньше времени⁈ — удивился я, глядя на царицу и князя Есенина одним глазом.
— Михаил, все нормально, мы выдержим взрыв! — ответил за двоих Сергей Александрович.
